Но намерениям Саргиса не дал осуществиться другой нахарар из не менее знаменитой семьи Ваграм Пахлавуни, дядя знаменитого государственного деятеля и писателя Григория Магистроса. «Ваграм, человек сильный, знаменитый и отличавшийся своей набожностью, а также его родственники, сыновья и племянники, всего около 30 благородных господ, отказались присоединиться к Саргису. Они призвали на трон Гагика, сына Ашота Каджа. С помощью искусных уловок они ввели Гагика в город Ани» (1040–1041).

Саргис не мог оказать им сопротивления в самом городе Ани и заперся с присвоенными сокровищами в верхней крепости, которая считалась неприступной. Гагик проявил решительность, которой трудно было ждать от такого молодого человека, и храбро отправился к Саргису для переговоров, чтобы убедить его прекратить борьбу. Он постучал в ворота крепости, «один пришел к Саргису и сумел убедить его заманчивыми словами». Правда, успех не был полным: Саргис согласился уйти из Ани, но не отдал ее наследнику престола, и солдаты Саргиса продолжали удерживать цитадель. К тому же он покинул столицу лишь для того, чтобы запереться в крепости Сурб-Мариам, которая у греческих писателей называлась Хагиа-Мария, а теперь называется Сюрмелю и находится на Араксе, к востоку от места впадения в него Ахуряна. Там, по словам Аристакеса, у Саргиса возник преступный замысел: он задумал сдаться византийцам, передать им свои крепости и уехать в империю. Но молодой Гагик снова проявил необыкновенную решительность: он проник в лагерь Саргиса, захватил мятежника в плен и победителем вернулся в свою столицу. «Ему надо было бы лишить мятежника жизни, – продолжает свой рассказ Аристакес, – но он предпочел, как Саул, пощадить этого нового Агага[460]. Вот почему получил в „награду“ то же, что Саул, – жизнь более горькую, чем смерть». Несомненно, этому рассказу следует верить больше (Аристакес ум. позже 1071 г.), чем сообщению Матвея Эдесского (ум. после 1136 г.), что «Гагик, которому помогали его войска, захватил Саргиса в плен и мученически пытал его, пока не заставил, несмотря на упорные отказы, вернуть ему наследство его предков – области, города и сокровища, которые Саргис у него похитил».

Давит Анхохин из боковой ветви рода Багратидов, царь Ташира, иначе армянского Гугарка со столицей в Лори, тоже воспользовался шатким положением Анийского царства и к уже существовавшему хаосу добавил беспорядок, который создал сам. Он захватил Ширак, грабя и сжигая все на своем пути, а после этого вернулся с добычей в свое государство. Как раз перед этим он отличился геройскими подвигами в боях против мусульман, а теперь поступал со своими соотечественниками так же, как эти мусульмане. В конце концов он был вынужден отступить, но отомстил за свое поражение, натравив византийский двор на Гагика II. Матвей Эдесский утверждает, что именно эта месть Давита «погрузила Армению в пучину бедствий».