Лах. Скажем.

Сокр. Что ж? а ты, Никиас, согласен ли, что одно и то же знание занимается и будущим, и настоящим, и прошедшим состоянием всякого дела?

Ник. Да, Сократ, мне так кажется.

Сокр. Но мужество, почтеннейший, по твоим словам, есть знание того, чего должно бояться и на что отваживаться. Не правда ли?

Ник. Правда.

Сокр. А мы согласились в значении того, чего должно бояться и на что отваживаться; то есть первое надобно понимать как будущее зло, а последнее как будущее добро.

Ник. Конечно.

Сокр. Между тем, одно и то же знание имеет в виду и будущее, и всё другое.

Ник. Так.

Сокр. Следовательно, мужество есть знание не того только, чего должно бояться и на что отваживаться; потому что оно, подобно другим знаниям, знает не одно будущее касательно добра и зла, но и настоящее, и прошедшее, и всякое.