Что на самом деле планировали французские адмиралы, далеко не ясно, и, несомненно, время от времени менялось. Нормандская армия вторжения, если она все еще входила в их планы в мае, очевидно, не была готова. Транспортные суда и баланжье оставались в портах Нормандии и Пикардии. Южная эскадра прошла ревизию в портах Сены и в середине мая отплыла на север, чтобы тревожить южное побережье Англии, совершая традиционные набеги[447]. Как и предсказывал, а возможно, и знал английский Совет, галеры сначала направились к Соленту. Примерно 15 мая 1339 года они прибыли в Саутгемптон и попытались найти подходящее место для высадки. Но городские причалы были защищены временными оборонительными сооружениями, а по всему побережью Саутгемптона можно было видеть стянутые силы графских войск. Остров Уайт казался таким же неприступным. Французские командиры были обеспокоены опасностью быть запертыми в акватории, если вдруг появится английский флот. Они быстро ушли и направились на запад, где оборона, возможно, была бы менее хорошо подготовлена. Их предположения оказались верными. На длинном изрезанном побережье Девона и Корнуолла не было армии. Ни один английский флот не противостоял им. Они безнаказанно крейсировали вокруг Лендс-Энда и в Бристольском канале, останавливая и грабя торговые суда по мере их обнаружения и убивая их экипажи.

20 мая 1339 года французы прибыли к Плимуту. Плимут в начале XIV века был заурядным городом, состоящим из четырех разбросанных деревень на восточной стороне залива Саунда и бенедиктинского приорства Плимптон. Но в Саунде случайно оказалось несколько кораблей, укрывшихся от налетчиков, в том числе семь бристольских купцов. Они были захвачены и сожжены. Затем французы и итальянцы высадили своих людей на берег. Командовал девонскими войсками граф Девона Хью Куртене, тщеславный и своенравный старик шестидесяти четырех лет, но не лишенный бодрости. Он отправился в Плимут, когда до него дошли новости о набеге, и прибыл как раз в тот момент, когда французы начали поджигать дома. Произошла ожесточенная стычка, в которой обе стороны понесли большие потери. Затем французы ушли к своим кораблям, преследуемые разъяренными жителями Уест-Кантри[448], которые убили многих из них у кромки воды.

Проходя вдоль южного побережья к своим базам, галеры оставляли за собой след из горящих рыбацких лодок. 24 мая 1339 года они ненадолго высадились на острове Уайт, но были отогнаны. В течение следующей недели они предприняли несколько попыток высадиться на побережье Кента и Сассекса, но в Дувре, Фолкстоне и на острове Танет они обнаружили мощные силы, стоявшие на берегу, и были вынуждены отступить. Только в Гастингсе им удалось высадить на берег значительное количество людей. Гастингс, некогда главный из Пяти портов, был небольшим рыбацким городком, дни процветания которого прошли как раз в то время, когда в Плимуте начинался расцвет. Город не имел стен. Замок, принадлежавший коллегиальной церкви Святой Марии, был без гарнизона, не ремонтировался и с южной стороны обваливался в море. 27 мая 1339 года французы и генуэзцы нанесли Гастингсу сокрушительный удар, от которого он не мог оправиться до тех пор, пока в конце XVIII века сюда не стали наезжать отдыхающие. Французские галеры вошли прямо в гавань и высадили десант на причалах и набережных, очевидно, без сопротивления. Они сожгли большую часть города, включая три приходские церкви, вторглись в замок и разграбили церковную утварь. Горожане бежали. В начале июня 1339 года монегаски (жители Монако) Карло Гримальди, сыгравшие главную роль в этом набеге, вернулись в Кале, шествуя по улицам и демонстрируя в качестве трофеев обнаженные и изуродованные тела английских рыбаков.