Эдуард III всегда считал Артевелде главной опорой англо-фламандского союза. Он был глубоко потрясен его смертью. В течение нескольких лет после этого семья Артевелде жила под его защитой в Англии на пенсии, выплачиваемые из казны. Но правда заключалась в том, что к июлю 1345 года Артевелде стал второстепенным фактором в политике Фландрии, что Эдуард III, должно быть, понял во время встречи с ним. Насколько второстепенным, видно из того факта, что его смерть почти никак не повлияла на ход отношений Эдуарда III с фламандцами. Возможно, она даже сделала их более гладкими. На третьей неделе июля Людовику Неверскому было предъявлено совместное решение трех великих городов о том, что они не позволят ему вернуться, если он не признает Эдуарда III своим сувереном. Людовик отказался. Попытка сместить его не предпринималась, но 19 июля, через два дня после убийства Артевелде, английский король заключил соглашение с каждым из великих городов, по которому они обязались не позволять графу вернуться к управлению Фландрией, пока он остается верным Филиппу VI Французскому. В то же время государственные дела от его имени будут продолжать вести олигархии Гента, Брюгге и Ипра. Эдуард III обещал оказать им необходимую помощь в подавлении любой внутренней оппозиции. Он объявил себя удовлетворенным, и, вероятно, так оно и было. Людовик Неверский впоследствии не добился никаких успехов в захвате графства, а его сторонники, укрывшиеся в Дендермонде, со временем были изгнаны.

Визит английского короля во Фландрию был значительным дипломатическим успехом. Но он поставил под угрозу его военные планы на этот год. Когда 22 июля 1345 года его корабли отплыли из Слейса к своему тайному месту назначения, они попали в жестокий летний шторм, который два дня гнал их на север, а затем вернул обратно к английскому побережью. На рассвете 26 июля 1345 года часть кораблей прибыла в Даунс. Остальные были рассеяны по Северному морю и вернулись домой только в течение следующих нескольких дней. Войска не могли больше находиться на кораблях. Их нужно было высадить, что само по себе отнимало много времени, а после этого еще больше времени требовалось на отдых и повторную посадку. Тем временем не только солдаты, но и несколько тысяч моряков должны были находиться на побережье Кента под присмотром маршалов и адмиралов. Эдуард III отправился в Вестминстер, чтобы обсудить со своим Советом, что делать дальше. Обсуждение продолжалось восемь дней. В итоге экспедиция была отменена, армия распущена, а кораблям было разрешено вернуться в свои порты. Были приняты новые меры по сбору двух новых и гораздо меньших армий в период с августа по октябрь для усиления войск, уже отправленных в Бретань и Гасконь. Вероятно, это было не то решение, которое принял бы сам Эдуард III. Хотя заседание Совета проходило в обстановке строжайшей секретности, результат вряд ли можно было скрыть. Уже через несколько дней после его закрытия Филипп VI почувствовал себя достаточно безопасно на севере, чтобы начать перебрасывать деньги и войска в Бретань и на юго-запад. 8 августа 1345 года он назначил герцога Бурбонского своим лейтенантом в юго-западной границе[779].