* * *

Прошло некоторое время, прежде чем король Англии осознал, что события во Франции разрушили его договор с Иоанном II. Главной проблемой был выкуп, первый взнос которого, 600.000 экю, должен был быть выплачен к 1 ноября 1358 года. Это был сизифов труд в стране, раздираемой гражданской войной и разоренной разбойниками. Лангедок был, вероятно, единственным регионом, где можно было собрать сколько-нибудь значительную сумму, и большинство усилий короля было направлено туда. Жиль Айселин, канцлер Иоанна II, совершил героические подвиги. Несмотря на свои годы, он неустанно ездил из города в город, выступая перед группами местных политиков. В июле 1358 года в Монпелье состоялось собрание, на котором присутствовали представители сенешальств Бокера, Тулузы и провинции Руэрг. Они проголосовали за щедрую субсидию на освобождение короля, помимо значительных сумм, необходимых для обороны их собственной провинции. Сенешальство Каркассона собралось отдельно и выделило свою собственную субсидию. Керси, раздираемое войной и частично занятое гасконскими бандами, ничего не предложило. Номинальная стоимость этих субсидий составила 216.000 мутондоров. Однако, несмотря на то, что Лангедок не имел себе равных в лояльности к короне, фактически собранные суммы оказались неутешительными. Причины этого неясны, но одной из них, несомненно, была нехватка времени. В конце лета неутомимый личный секретарь короля Ив Деррьен прибыл на юг, чтобы агитировать за сбор выкупа. К сентябрю в письмах короля появились нотки отчаяния, когда он пытался ускорить невыносимо медленный процесс сбора денег, выторговывая себе авансы. Но даже если бы на юге вся сумма была собрана, остаток должен был поступить из северных и центральных провинций. А там не было никакой надежды собрать сколько-нибудь значительную сумму. И агенты Иоанна II почти и не пытались это сделать. Они, должно быть, рассчитывали убедить Эдуарда III принять меньше, чем требовалось[619].

Два папских легата в Лондоне были настроены не столь оптимистично. Уже к середине августа 1358 года они пришли к выводу, что договор обречен и обратились за пропусками для безопасного проезда. В Авиньоне Иннокентий VI пришел к такому же выводу. Он приказал своим легатам немедленно отправиться во Францию для примирения враждующих сторон. Возможно, писал он, их замечательные дипломатические способности, которые привели к заключению договора, теперь можно направить на его реализацию[620].

В ноябре 1358 года Ив Деррьен вернулся в Лондон и привез с собой рассказ о трудностях и задержках, которые сорвали его усилия. Французские представители предстали перед Эдуардом III и сообщили ему то, что было очевидно уже несколько недель: финансовые условия договора не могут быть выполнены. Но английский король, который, похоже, всегда чувствовал, что мог бы получить от договора больше, не был настроен на компромисс. "Если вы не выполните хоть один пункт, — сказал он Иоанну II, когда договор был согласован в Виндзоре, — я буду так же свободен от обязательств, как и раньше". Есть некоторые свидетельства того, что он был готов отпустить Иоанна II, не получив всей первой части выкупа, если бы гарантии дальнейших выплат были достаточно крепкими. Но французы не смогли обеспечить и этого. Договор предусматривал выдачу в качестве заложников за короля сорока знатных дворян Франции и ведущих жителей двадцати городов, обнесенных стенами. Но ни один из них не был готов стать им. Представители Иоанна II, по-видимому, надеялись на дополнительное время и заявляли, что выполнение договора невозможно при нынешнем состоянии Франции. Они жаловались, что это в основном связано с нарушениями перемирия подданными Эдуарда III. Эдуард III ответил с горячностью, и заявил, что эти люди, имея в виду английские отряды на службе Карла Наваррского, были преступниками, убийцами, ворами. Он отрицал всякую ответственность за их действия, а 20 ноября 1358 года направил официальный ответ Дофину. В нем король объявлял, что больше не будет связан Виндзорским договором, а когда срок перемирия истечет, на следующую Пасху, он будет отстаивать свои права силой[621].