В принципе, от граждан ожидалось два вида обязанностей, помимо массового сбора, который неизбежно происходил в случае нападения. Более богатые, которые могли позволить себе хорошие доспехи и оружие, посменно дежурили у ворот в светлое время суток. Это, несомненно, была более удобная форма службы. В Пуатье правила 1347 года требовали, чтобы у каждых ворот постоянно дежурили десять "знатных и снаряженных людей", основной задачей которых было отбивать любые попытки ворваться в ворота достаточно долго, чтобы успеть из закрыть и подать сигнал тревоги. Второй обязанностью было дежурство на стенах, в основном ночью, что было уделом простых горожан и могло быть крайне обременительным. По данным из Родеза, относящимся к более позднему периоду, в этом провинциальном городе средних размеров в одной смене караула было около пятидесяти человек. Эти цифры означают, что на каждые пятьдесят ярдов стены приходилось примерно по одному человеку, а трудоспособные мужчины несли как минимум одну вахту в неделю. Но это было мало по сравнению с другими городами. Лион был защищен Роной с трех сторон, а стеной — только с четвертой, но в нем была организована вахта из 200 человек, набранных из простого народа, в дополнение к тридцати двум торговцам, которые несли службу на башнях, и сорока знатным, которые служили в конных патрулях. Во время смуты 1358 года парижским торговцам приходилось дежурить по три смены в неделю. Дежурство на стенах было крайне скучным занятием, и обычно его приходилось совмещать с полным рабочим днем до и после. Многие укрепленные места пали из-за того, что стражники спали или отсутствовали, когда враг перебирался через стены.

Ночью вводился комендантский час. Городские советники отбирали ключи от ворот и патрулировали улицы на лошадях в поисках признаков вторжения. Ворота никому не открывали. Немного найдется свидетельств более выразительных, чем рассказ Фруассара о попытке коннетабля Франции и графа Сен-Поля войти в Сен-Кантен с отрядом вооруженных людей в пять часов утра в 1359 году, чтобы перейти мост через Сомму. "Мы друзья…, — кричали они с площадки за воротами, — мы приказываем вам немедленно открыть ворота именем короля". Стражникам пришлось разбудить консулов, чтобы попросить ключи от ворот. Было спешно созвано заседание городского Совета. Затем в окне над воротами появилась голова, чтобы принести извинения от имени города собравшимся внизу воинам и отказать им во входе по любому поводу. Произошел обмен "грубыми и низкими словами", но ворота остались крепко закрытыми[651].