Я беспомощно роняю руку. Во имя чего мы с Ксавье познакомились этим летом? На первый взгляд мы с ним идем одним путем: боремся за свое искусство, несмотря на сопротивление родителей. К тому же он заставил меня чувствовать себя привлекательной, когда я сама в это не верила. Мы могли бы остановиться на этом, но я позволила Ксавье зайти слишком далеко.

— Нам надо все начать с нуля, — говорю я. Это вообще возможно? — Я хочу, чтобы мы были друзьями. Хочу, чтобы мы остались друзьями.

Ксавье прислоняется к дверному косяку. Затем произносит:

— Подождешь секунду?

Он исчезает в своей комнате. Вернувшись, берет меня за руку, кладет мне на ладонь маленькую фотографию и сжимает мои пальцы в кулак.

— Прости, — говорит он. — Будет правильно вернуть ее.

Моя фотография! Моя рука начинает дрожать.

— Последняя осталась у тебя!

— В прошлом году у меня была подружка; она сказала, что когда-нибудь меня ждет расплата за всех девушек, которым я причинил зло. Судя по всему, она оказалась права.

— Ксавье, пожалуйста. Не…

— Начать с нуля… Я и пытаюсь, ясно? — Он смотрит на свою ногу, которой водит по ковру. — Я работаю над настенной росписью. Может даже, последую твоему совету и поучаствую в шоу талантов.

И, улыбаясь одними губами, Ксавье скрывается в своем номере и захлопывает дверь.

* * *

— Ты не можешь остаться без купания в горячих источниках. Это главная фишка Тайваня!

Мы с Риком стоим в очереди в буфет отельного ресторана; он направляет меня, взяв за локоть. Из серебристых лотков, подогреваемых крошечным синим пламенем, исходит аппетитный запах.

— Ты же говорил, что главная фишка Тайваня — Змеиный ряд, — притворно возмущаюсь я. — И «ледяная стружка». И пивные под открытым небом. И вечерние рынки.

Снова очутившись возле Рика, я уже меньше переживаю из-за обидного запрета на источники и из-за Ксавье. Положив на тарелку баклажаны, я передаю своему спутнику блюдо моллюсков в соусе из черных бобов, и он берет себе дюжину.

— Тут много фишек. — Его теплое тело льнет к моей спине, как магнит к железу, пока мы ждем, когда очередь двинется дальше. — Мы с Марком сегодня на пробежке нашли баню. Я проберусь за тобой после отбоя.

— Голый?

— Такие правила.