Это слово повисло между ними в воздухе, и даже больничный шум в этот момент затих. Раньше Аннабель не слышала, чтобы доктор говорила о чем-то с таким интересом. Складывалось впечатление, что она знает о Бенни гораздо больше, чем сама Аннабель. Неужели он действительно рассказал ей все это?

– Поведение его было спокойным, – продолжала доктор. – Без тех параноидальных симптомов, которые он демонстрировал ранее. Напротив, если бы меня попросили описать его эмоциональное состояние, на ум приходит слово «благоговейный трепет». Сказать, что он был похож на мистика, который видел Бога, было бы, наверное, некоторым преувеличением, но вообще-то это сравнение использовал сам Бенни, и оно является для меня фактическим указанием на то, что теперь он воспринимает Книгу как главным образом благожелательную сущность. – Она негромко рассмеялась, покачав головой. – У вас очень интересный сын, миссис Оу.

– Извините, но я думаю, вы ошибаетесь, – откашлявшись, сказала Аннабель.

– В отношении Книги? – удивленно спросила доктор.

– В отношении Алеф. – Аннабель стиснула сумку, которую держала на коленях, и подалась вперед. – Она не воображаемая. Она настоящая. Бенни говорил мне, что он и ее выдумал, но я думаю, что он лгал.

– Я знаю, что это трудно, миссис Оу, но…

– Алеф дружит с тем милым китайским мальчиком. Максоном. Бенни лежал с ним в одной палате.

– А, Максон Чу. Да. Он вернулся в университет. Кажется, в Стэнфорде.

– Так вот, Максон ее знает. Спросите его!

– Максон был соседом Бенни по комнате, не так ли? Это немного похоже на общую галлюцинацию, folie à deux. Необычно, но не…

– Алеф должна быть в списке пациентов. Вы не могли бы проверить?

Доктор Мелани положила ладони на стол.

– Миссис Оу, уверяю вас, что здесь никогда не было пациенток по имени Алеф. Такое имя, думаю, я бы запомнила.

– Но я сама разговаривала с ней, – произнесла Аннабель дрожащим пронзительным голосом. – Я тоже ее видела. Это девушка с резиновой уткой из мусорного контейнера! Она была в переулке с Максоном в ночь полнолуния! Я нашла ее номер в телефоне Бенни, позвонила по нему, и она ответила!

– Вы с ней разговаривали? – переспросила доктор с неожиданным вниманием.

– Не так чтобы много, но я слышала ее голос. Совершенно отчетливо!

– Понятно, – негромко сказала доктор Мелани, взяла ручку и быстро черкнула что-то у себя в блокноте, а затем, глубоко вздохнув, расправила плечи и наклонилась вперед. – Это очень интересно, миссис Оу. Не могли бы вы рассказать мне больше о том, что, по вашему мнению, вы слышали?

В блокноте доктор Мелани написала три буквы: «СЗД».