– Ладно, тогда переучите меня на что-нибудь другое. Я смогу пройти переподготовку. Вы же убедились в этом. Ты же знаешь, что я справлюсь!

– Да, только это не в моей власти. Как только я обзвоню всех, я тоже останусь без работы. Все кончено, Аннабель. Извини.

Тем же утром приехали сотрудники за «центром управления полетами». Блоки ее оборудования, как новорожденные, были замотаны в транспортировочную пленку, и когда их несли к грузовику, кабели тянулись за ними, как пуповины. Затем парни вернулись и стали разбирать ее П-образный стол. Аннабель сидела на куче белья на диване и смотрела, как в центре ее гостиной расширяется пустая дыра.

Когда они вернулись за ее эргономичным креслом, она запротестовала. Она полюбила это кресло и умоляла их оставить его.

– Извините, леди, – сказал грузчик и вежливо объяснил, что стул значится в накладной и он обязан его забрать. Стоя на крыльце, Аннабель смотрела, как он катит ее кресло по подъездной дорожке и ставит его в кузов фургона, а потом проводила взглядом фургон. Только вернувшись в дом, она поняла, что они не взяли ни одного пакета, ни одной коробки с архивными новостями, которые она так долго и тщательно хранила. Она уселась обратно на диван. Ящик с футболками все еще стоял на полу у ее ног, а рядом с ним лежала «Чистая магия», открытая на главе о землетрясениях, цунами и стихийных бедствиях, из-за которых жизненные проблемы Аннабель казались мелкими и незначительными. Конечно, монахиня так и не ответила. Она была занята более серьезными проблемами. Аннабель пнула брошюрку носком ботинка, потом подняла ее с пола и швырнула через всю комнату в коробку для мусора.

Она никогда раньше не бросала книг. Брошюрка летела по воздуху, и ее страницы трепетали, как перья или как сломанные крылья.

77

Прижавшись лбом к иллюминатору, Айкон смотрела, как внизу поплыла и замелькала взлетная полоса. Затаив дыхание, она ждала, когда самолет оторвется от земли, и когда этот момент наступил, она в очередной раз была поражена. Ее до сих пор потрясал тот факт, что тридцать тонн наполненного нефтью и человеческой плотью металла могут отделиться от земли и подняться в небо. Взлетная полоса ушла вниз, и перед Айкон пронеслись диспетчерские вышки и припаркованные аккуратными рядами миниатюрные самолеты. Под ней раскинулся город Нарита – огромное, расползающееся лоскутное одеяло из плотно уложенных жилых кварталов и промышленных сельскохозяйственных угодий, пронизанных автострадами и узкими лесополосами. Она заметила крошечную тень самолета на земле, двигавшуюся строго параллельно их маршруту – та скользила по крышам заводов, спокойно игнорируя дороги, реки и другие земные препятствия. Чем выше они поднимались, тем обширнее становился пейзаж, его граница отодвигалась все дальше и дальше, пока, наконец, не исчезла в серо-голубой дымке горизонта, к тому времени пропала и тень самолета.