Времени до четырех еще много, и Орехов едет к себе на службу. Надо внушить начальству, что будущую неделю полезнее провести на объекте безвылазно. Если все получится, он запряжет Гену на пять дней – и с отделкой можно расквитаться. Еще он прикидывает, что не лишне будет заскочить вечером на дачу и попробовать уговорить ребят остаться на выходные.

Но поездка на дачу отпадает. Гена заявляется сам.

– С какой стати? – спрашивает недовольный Орехов.

– За газоанализатором приехал.

– Ну и послал бы Славика.

– Как я могу его послать, если он мой начальник?

– Он что, уже командовать начал?

– Вот еще не хватало. Просто у меня дела в городе. Но ты не беспокойся, мы вчера тройную норму выгнали, – говорит Гена, а потом уточняет: – Я стройку имею в виду.

Такие вести, пусть и с намеком выложенные, не могут не радовать.

Потом к ним подходит Бельский. Лицо у него праздничное.

– Что же ты не приехал на вчерашнюю игру?

– Некогда было. Замотался, – с неохотой отвечает Орехов, но не удерживается и спрашивает: – Ну и как Вадим, не сильно вас обидел?

– А почему обязательно он? К Олегу Васильевичу друг приезжал, и мы расписывали «классику», а там свои законы.

– И друг шефа вас ободрал.

– Глупости. Он из начинающих, дилетант из второй лиги.

– Кто же тогда выиграл?

– Я, – признается Бельский и, склонив голову в полупоклоне, смотрит на Орехова, словно хочет добавить: «Вот так-то, Боренька, учись, пока я жив».

В кабинете Олега Васильевича Орехов узнаёт, что Бельский затемнил на тройной бомбе и ему пришла девятерная игра. Случай такой же редкий, как пять угаданных номеров в спортлото. Орехову подобного не выпадало ни разу. Но каков Бельский…

Ситуация веселит Орехова, и он не может отказать себе в удовольствии растолковать ее Гене.

– Видел, как зайчился Бельский, когда рассказывал про свою победу?