– Вот познакомься – Геннадий Владимирович.

– Очень приятно. Вика! – Она протягивает Гене узкую белую руку и, кивая на магазин, спрашивает: – Вы там уже были?

– У нас при себе, – успокаивает ее Славик.

– Тогда прошу в гости.

Пройти к дому можно дворами, срезав длинный крюк, но Эльвира идет строго по тротуару, демонстрирует свою воспитанность. Возле подъезда она останавливается и, удивленно посмотрев на Славика, говорит:

– А ваша миссия, простите, окончена. Дальше я обойдусь без маклера.

Обескураженный Славик не находит ничего другого как рассмеяться.

– Я не шучу, – обижается Эльвира, – в деловом разговоре лишние свидетели не нужны.

– Ладно, иди, – вмешивается Гена, чтобы угодить ей, и даже подталкивает непонятливого друга. – Завтра поговорим.

Славик смеется еще громче, но в подъезд не заходит, остается на улице.

– Так-то лучше будет, я не собираюсь каждого проходимца поить, – говорит Эльвира, поднимаясь по лестнице. – У меня маленький беспорядок, предупреждаю, чтобы не пугались.

– Меня этим не напугаешь, сам по неделе не убираюсь.

– Правильно, одинокому человеку в беспорядке уютнее.

Но, против ожидания, квартира не такая уж запущенная и пустая. В комнате стоят и диван, и шифоньер, и телевизор, на кухне – холодильник.

– Смотрите, оценивайте. Кухонька маленькая, но, когда с мужем жила, места хватало, а он был покрупнее вас.

– По себе выбирали, – льстит Гена.

– Да, выбирала я долго, да все равно подлецом оказался. Но вы, как я понимаю, не воспоминания слушать пришли.

– Пожалуй.

– У вас что – вино, водка?

– Портвейн.