К тому времени третий муж Рене, Леандер Маккормик, уже почти двадцать лет покоился в могиле; второй ее муж и близкий друг, граф Пьер де Флёрьё, который жил в Париже и с которым Рене поддерживала близкий контакт, тоже скончался несколько лет назад, в 1977-м, а ее протеже, единственная «настоящая» дочь Фрамбуаза, ужасно разочаровала ее, выйдя замуж за человека, которого Рене не одобрила. Поскольку большую часть мебели для парижской квартиры Фрамбуазы купила Рене, свое неудовольствие она выразила тем, что однажды, когда Фрамбуаза была на работе, прислала туда бригаду грузчиков, и когда молодая женщина вернулась вечером домой, квартира была почти пуста. В итоге почти все близкие люди разочаровали Рене — либо умерли, либо поступили ей наперекор.

Стремясь восполнить потерю столь многих друзей и любимых и по-прежнему испытывая страх перед одиночеством, какой преследовал ее с детства, она — ей было уже восемьдесят с небольшим — познакомилась с группой околотеатральных молодых людей с Левого берега; главенствовал в этой группе весельчак-писатель, который нигде не печатался, работал «негром», на других, и посулил ей помощь в написании мемуаров. Под предлогом обсуждения их «проекта» он и целая куча его бездельников-дружков чуть не каждый день обедали и ужинали в ресторанах с Рене, и, ясное дело, старая женщина, радуясь компании веселых полуголодных артистов, платила по всем счетам. Когда Рене в конце концов — как раз когда избрали Миттерана, — передала этому «писателю» право подписи на один из ее текущих счетов, ее сын Тото решил, что самое время увезти мать в Америку.

Вместе с Тото и его семьей Рене жила очень недолго, она не ладила с его женой Мэри, и потому переехала в апартаменты в отеле «Оленья тропа» там же в Лейк-Форесте. Одинокая в городке, где фактически уже никого не знала, ведь большинство старых друзей ее и Леандера либо умерли, либо совсем одряхлели, Рене почти всегда обедала и ужинала в ресторане отеля, настояв, чтобы тамошний персонал именовал ее графиней. У нее были визитные карточки, напечатанные по-французски у «Хеландера», в местном канцелярском магазине:

Comtesse Renée de Fontarce McCormick

Comtesse Renée de Fontarce McCormick

К ужасу управляющего «Оленьей тропы», Рене взяла в привычку чуть не целый день проводить в холле, сидела там в кресле, облачась в траченное молью меховое манто, которое носила лет сорок с лишним, в ночную рубашку и домашние шлепанцы. Когда другие постояльцы или визитеры проходили мимо нее, Рене с царственным видом вручала им свою визитную карточку. Те, кто был достаточно вежлив и принимал карточку, обычно на минутку останавливались поговорить со старушкой.