– Получилось так, что я знаю о тебе все, а ты обо мне – почти ничего, и это… Неправильно.

Знаете, чем хороша умная женщина? Умная женщина умеет молчать тогда, когда нужно молчать. Если Сашка и была удивлена моим заявлением – а она была удивлена! – то никак этого не показала. Едва заметно кивнула, дав понять, что слушает и чуть склонила голову набок.

– Начну с главного: тебе уже рассказали о нас с Юлькой? – Сашка побледнела, я сообразил, как по-идиотски прозвучала фраза, и поспешил уточнить: – Юлька – моя дочь.

Поверьте, я смог ее по-настоящему удивить: Сашка оторопела, помолчала, но когда до нее окончательно дошло сообщение – вновь повела себя как очень умная и опытная женщина. Никакого шумного удивления, никаких возгласов.

Она лишь сглотнула, демонстрируя степень изумления, и я продолжил:

– Мы этого не скрываем, но не афишируем. Ей, видишь ли, хочется самостоятельности. Я купил квартиру, когда Юльке исполнилось восемнадцать, она съехала от матери, чтобы жить одной. Самостоятельно. – Я помолчал. – Галя, моя первая жена, забеременела еще в школе, в последнем классе. Наши родители решили оставить ребенка, и я очень рад, что они помогли нам. И принять правильное решение, и потом помогли… Во всем. – Я выдержал паузу, не зная, что говорить дальше, поскольку ожидал вопросов, а вопросов не было. – Вот.

– А я очень рада, что ты мне об этом рассказал, – произнесла Сашка, которая прекрасно поняла, почему я это сделал.

Мы вновь помолчали, глядя друг другу в глаза, и то «чуть-чуть», о котором я говорил Потапову, снова стало меньше. Но еще оставалось.

Совсем чуть-чуть…

– Сделать тебе чай? – спросила Сашка.

– Нет, я в душ и спать.

– Хорошо.

И мне очень понравилось, что Сашка не стала ничего предлагать, кроме чая, ни в шутку, ни всерьез.

Время собирать камни

Время собирать камни

Несмотря на все события дня предыдущего, утром я поднялся в обычное время и был изрядно удивлен тем, что Сашка вылезла из своей комнаты одновременно со мной… Нет, пожалуй, я не удивился. Я понимал, что так будет. Удивился я тому, что Баффи провела ночь в кабинете, а не на своем коврике в холле… Стоп! Баффи не просто вышла из кабинета, она появилась, таща в зубах коврик и виновато глядя на меня. Что вызвало у меня… не злость, конечно, как можно злиться на девочку? – но понятное удивление.

– Я ни при чем, – заявила Сашка, когда я перевел взгляд на нее. – Перед тем как я собралась спать, Баффи сбегала в коридор и принесла коврик.

– Ей нельзя спать в комнатах.

– Я об этом не знала.

А хитрая собачка знала, но ничего не сказала. Я строго погрозил ей пальцем и пошел чистить зубы. Туалетных комнат у меня две, так что Сашке ждать не пришлось, и уже через пятнадцать минут мы бежали по тропинкам «полосы любви». Бежали молча, не обсуждая и не вспоминая вчерашний разговор, просто бежали, сопровождаемые радостной Баффи.