– Да все привыкли. Ира эта – шальная девка, не то что ты – рыба мороженая, – добавила Ада. – Раз в полгода чудит: то на обложке журнала с ним, как бы, сфоткается, то интервью про это даст.

– А жена?

– Жена пакостит потихоньку. Родила б ты от Горяева, куда б делся? – риторически спросила Ада. – Понимаю, что от Лошадина не родила – самовлюблённый тетерев и говно-режиссёр. Понимаю, что от Лебедева не родила – алкаш конченый. Но кто тебе, Лебёдка, мешает родить от Горяева? До пенсии будешь ждать спермоносца?

– Тебя забыла спросить, от кого рожать! – буркнула Валя.

– Лампочка у тебя на черепахах едет? – заорала Ада, мгновенно переключившись на Катю. – Включи народу музыку, а то тошно!

В студии что-то захрипело, засвистело, раздалась музыка из кинофильма «Эммануэль».

– Ну, вот, наконец попали в тему выборов, – хмыкнула Рудольф.

– Жена знает, газеты пишут, и ничего не меняется? – Валю взволновала тема моржовского треугольника, значит, можно и так.

– «Осенний марафон». Обе бабы квохчут, и депрессия по поводу выбора затягивается у мужика до момента, когда перестанет стоять! Дуй на рабочее место, ввинтили ему лампочку, будь она неладна!

– Приносим извинения за технические проблемы! – громко объявила Ада. – Работаем как новые!

– Перед вами живой пример того, почему реформы идут так медленно, – усмехнулся Моржов, посмотрев на часы. – Сколько времени мы потеряли из-за того, что погасла одна маленькая лампочка? А представьте такую же ситуацию на большом производстве, в банке или корпорации. Там убытки от раздолбайства измеряются миллионами!

– Критикуй, критикуй! – подмигнула ему Ада. – Всё равно вырежу!

Рудольф была «вась-вась» почти со всеми, кто приходил в студию, и чётко чувствовалось, кто сверху, кто снизу. С Горяевым, например, была снизу, а с Моржовым – сверху.

– Забыли, как ваш Гайдар трескал икру в цековских буфетах? – выскочил из второго ряда мужик в клетчатом пиджаке.

– Подождите, вам дадут микрофон! – тормознула его Валя.

– Мне не надо вашего микрофона, я и так скажу! – отмахнулся мужик. – И что финансирует его бандит ОЛБИ, забыли? И «Мерседес» у него какой, тоже забыли?

– Врать зачем? Гайдар ездил на «Волге», даже когда был премьер-министром! – возмутился Моржов. – А вы помните, что в августе 1992 года доллар стоил сто двадцать рублей? Забыли? А помните, что в 1991 году никто не хотел работать в российском правительстве? Кому ни предлагали, все отказывались! Потому что знали, вклады россиян разбазарили, и пришла пора отвечать.

– Многие считают, что вклады – это цифра, записанная в сберкнижке, – вступила Валя. – Ведь никто не объяснял этого народу.