Валя пришла в себя. Разглядела огромные бриллианты на пальцах счастливой соперницы, расшитый бисером элегантный костюм, много лет массированное умелыми руками красивое лицо.

– Надеюсь, не придётся смотреть эту ахинею до конца? – спросила жена Горяева.

– Через двадцать минут надо быть на презентации новой гостиницы, – посмотрел на часы Горяев.

Их только сейчас заметили фотографы и начали бесцеремонно снимать. Виктор изящно отпихнул старика:

– Всё потом!

Затем обнял жену, подтащил к себе Валю с Викой и заулыбался во весь рот. Когда вспышки устали, достал из кармана визитки и раздал фотографам:

– Приличные снимки моя помощница у вас купит. А теперь пора в зал.

Потом улыбнулся Вале:

– Очень приятно было вас здесь увидеть. Особенно «вместе с моей дочкой Викой»!

И повернулся спиной.

– Мне тоже, – прошелестела Валя Горяеву в спину, успев отметить уверенную походку его жены.

Всё сразу стало серо, тускло и бессмысленно.

– Видела, какие у неё на пальцах булыжники? Могла б под выборы ими не трясти, – презрительно заметила Вика.

Валя чувствовала себя глубоко униженной ловкостью, с которой Виктор отрежиссировал эту сцену. Она машинально аплодировала, когда на сцену вышел мужик с причёской первопечатника Ивана Фёдорова, оказавшийся самим Савелием, золочёной копией которого награждали победителей. И долго объяснял про открытый им способ жить до ста лет, размачивая пшеничные зёрна в квасе.

Слушали его в тишине, ведь шоу устраивалось на его деньги. Никто не смеялся, даже когда к нему поднялась глубоко декольтированная дама, именуемая целительницей матушкой Акулиной. И когда стадом пошли экстрасенсы, маги, колдуны и уринотерапевты.

Никто не смеялся даже, когда премию получал целитель по фамилии Грабовой, произносимой как Гробовой. Валю вызвали, она постояла за кулисами с артистами, работающими номера между награждениями, и вручила золочёного Савелия за «Снятие порчи и возвращение мужа» Ганне Израилевне Подымайло из Киева. И даже это не показалось ей смешным.

Не смеялась, когда награждали за заговор на денежную удачу, мужскую силу и поездки без аварий. В духовном университете были такие спецы, но Лев Андронович их как-то причесал и держал в узде. А эти утопали в карикатурном соусе, какой так ценит провинциальная клиентура.

Потом на сцену поднялась женщина в кителе, увешанном орденами и медалями, и с жутким акцентом стала делать доклад о воздействии своего биополя на лягушек.

– Кто это? – спросила Валя у соседки слева, на груди которой на цепочке висела небольшая икона.