– Привезли три размера, боялись в бедра не попасть, – пояснила Антонина Львовна и поморщилась. – Скоро из клеёнки на живых людей шить будут.

– В таком глючном прикиде только рок-тяжеляк исполнять, – подхватила Вика.

– Как эту гадость надевать? – расстроилась Валя. – Тем более предстоит разборка с Адой.

– Дай я разберусь, как твой продюсер, – напомнила Вика.

– Ты сядешь в студию и не будешь встревать! – строго потребовала Валя.

Подучившись работать в кадре, она сообразила, что выяснение отношений надо выстраивать по тому же принципу, что и передачу. Рассчитала мизансцену поминутно, не стала надевать ужасный костюм из кожзаменителя до победного и тянула время на гриме.

– Ещё не одеты? А студия уже сидит! – заглянула в гримёрку администраторша с красными волосами.

Минут через пять вошла ничего не подозревающая Катя:

– Видела шмотьё? Музыка сфер! Вспотеешь, но что делать? Новая коллекция, блин!

– Кать, сколько у меня зарплата? – спросила Валя, пока гримёрша усердно красила ей лицо.

– Откуда я знаю?

– А у тебя?

– Коммерческая тайна, – поджала губы Катя. – У Адки что-то с Горяевым подмокло, дублёршу тебе взяла, чтоб он потише бодался.

– Как это дублёршу?

– Артистка погорелого театра, спит с олигархом. Теперь по очереди ведёте передачу. Снимали её третьего дня – пустая мочалка.

– Раз есть замена, тем более без договора с цифрами на съёмку не выйду! – попыталась весело объявить Валя, хотя известие огорчило, деньги на новую квартиру уменьшатся вдвое.

– Началось! – всплеснула руками Катя. – А я, как всегда, крайняя!

И вышла, шарахнув дверью. Грим был закончен, и Валя отправилась в артистическую. К сценарию принципиально не притрагивалась, а села, никуда не торопясь, и взяла на колени трёхцветную кошку.

Через пять минут зашёл Кардасов, распространяя дорогой горьковатый парфюм. Вырез на его свитере подчеркивал красивую шею, а яркий шарф подчеркивал вырез. Валя прикинула, сколько времени Федя крутился сегодня перед зеркалом.

– Ада просила разобраться с костюмом. Он сложный цветово, так что лицо проясняем синим и бежевым гримом, – объявил Федя, разглядывая Валю.