– В Москве свои трудности, – оборвала Валя. – Извините, уже поздно.

– Так я ж вас и повезу, – подмигнул он.

Валя повернулась в сторону сопровождавшей её Ирины Петровны, но та смотрела на хозяина ресторана, как на спустившееся с небес божество. И в отличие от Вали не понимала, что местные газеты за двухкопеечный ужин для пресс-конференции отпишутся о китайском ресторане так, словно хозяин разнёс по рекламным отделам мешки денег.

Сели в «мерс»: бритый – за руль, Валя – рядом. Два охранника поехали сзади на «Вольво».

– Я – Шурик, олигарх края вечно зелёных помидоров, – представился бритый, закурив. – Чай, кофе – потанцуем, пиво, водка – полежим?! Флот не опозорю!

На Валю от этого напал такой хохот, что не смогла ни сдержаться, ни остановиться, пока он обиженно сопел и курил.

– У вас все олигархи так начинают разговор?

– Шутканул растопырно, по-любому извините, – застеснялся Шурик. – Дельце к Горяеву. Пару схем провернуть, и вы не в накладе.

– Хорошо ж вы начали! – снова захохотала Валя, и он уже подхватил хохот.

– Подставился, как баклан. Думаю, то ли кралю снять, то ли к депутату на хромой козе подъехать? Само с языка слезло.

– Я не являюсь представителем Горяева, – строго напомнила Валя.

– Так газеты пишут… А я ведь чисто бумаги передать. Юрист писал, всё посчитано. Закон блюду, сам с земли поднялся. Госвентиляторы в жопу не дули, чтоб я взлетел! – доверительно начал он. – Год назад думал – край, снилось, низёхонько лечу над могилой, запах земли чую…

– Образно, – усмехнулась Валя.

– Да ты слушай! Вечером официантка в моём кабаке – детдомовка, работать взял, чтоб по рукам не пошла – салат подаёт, а под тарелкой записка: «Бежите прям щас в чём есть». Она разговор за другим столом услышала. Сразу въехал, кто да что. Пошёл в свой кабинет, и в чём был – в окно со второго этажа. По сугробам драпал как заяц, автостопом до Питера, туда братаны паспорт с баблом подвезли. На Мальту сиганул. Там жарко, языка не знаю, нажрался в кабаке с горя, избил кого-то. В тюрягу залетел, еле братаны выкупили. Говорят, спокуха, Шурик! Фраеру труба, кабаки чисто твои. А думал, лоб зелёнкой помажут!

– Зелёнкой?

– Контрольный в лоб. Как говорится, лучше, чтоб тебя судили двенадцать, чем несли шестеро!

– Зачем вы всё это рассказываете? – раздражённо спросила Валя.

– Чтоб услышала, что тут, кроме меня, никто ничё делать не хочет! У меня на этом заводе три поколения предков сгнили. Здесь девки школу кончают, а идти только на шоссе в минус тридцать, продавать дальнобойщикам туловище! А пацанам только в братву! Я рабочие места сделал! Я дорогу построил! Я церковь буду реставрировать!