замечала она. В Москве репетировали пьесы Хеллман «Стража на Рейне» и «Лисички». Ее отправили туда как своего рода посла доброй воли и временную замену второго фронта, с открытием которого Рузвельт все еще тянул.

И Бурк-Уайт, и Хеллман, работая в России и делая ее фокусом своей работы, получали поддержку от правительства США – хотя одновременно эта работа делала их объектами надзора со стороны ФБР. И обе были большими знаменитостями в своих областях: Бурк-Уайт часто называли самым выдающимся фотографом своей эпохи (и уж точно она была самой выдающейся женщиной-фотографом): она первой показала художественную красоту промышленности, первой запечатлела в своих кадрах суть нового времени. Хеллман же называли очень талантливой – а иногда и единственной – женщиной-драматургом своей эпохи. Однако репутации обеих женщин подвергались серьезным нападкам: критики ставили под сомнение их правдивость, честность, профессионализм и достоверность их работ, причем эти вопросы были неразрывно связаны с их интересом к Советскому Союзу.

Мемуары Хеллман привлекли не меньше (если не больше) внимания, чем ее пьесы, – главным образом со стороны критиков, которые утверждали, что она не могла сделать многое из того, что, по ее собственным словам, она сделала: например, широко известно заявление Хеллман о том, что в 1937 году она вывезла деньги из Москвы в Германию для людей, оказывавших сопротивление нацистам. А Бурк-Уайт не только добилась того, что ее имя стали помещать на фото, которые она публиковала в журналах Fortune и Life (когда такое еще почти не практиковалось), но и рассказывала всем о том, как взбиралась на небоскребы, как едва не попала под бомбежку или как добилась разрешения сфотографировать Сталина. «Взгляды, прикованные к России», – это, безусловно, книга о стране, какой ее увидела сама Бурк-Уайт, а «Снимая русскую войну», конечно же, рассказывает не столько о войне, сколько о Бурк-Уайт.

Если говорить о критике, то обе женщины, пользовавшиеся у широкой публики уважением, часто подвергались со стороны рецензентов нападкам, полным презрения или даже ненависти. Писатель Джеймс Эйджи, как хорошо известно, «презирал» Бурк-Уайт за книгу «Вы видели их лица», написанную в 1937 году совместно с Эрскином Колдуэллом. Критик Калеб Крейн замечал:

Бурк-Уайт подстерегала своих жертв, вооружившись вспышкой, и с удовольствием писала о том, как «заключала их в темницу своей пленки еще до того, как они успевали сообразить, что произошло». В результате получались то слащавые, то карикатурные портреты, а потом они с Колдуэллом публиковали их, придумывая заголовки от первого лица.