Альянс военного времени в некоторой степени узаконил симпатии к СССР: правительство начало поддерживать и даже поощрять попытки распространять положительные образы советских людей. Среди этих изображений, пожалуй, наиболее яркими получались портреты новой советской женщины. В статье «Свободные женщины России», опубликованной в журнале
необходимость разгромить «величайшего врага женщин» дала о себе знать, когда Мария Никитенко взялась за работу мужа – укрощать полудиких лошадей на конезаводе в Средней Азии, или когда Мария Попова сделалась «буксиром Анни», чья команда, ходившая на Волге и целиком состоявшая из женщин, читала письма от благодарных поклонников – красноармейцев, которым они передавали боеприпасы.
необходимость разгромить «величайшего врага женщин» дала о себе знать, когда Мария Никитенко взялась за работу мужа – укрощать полудиких лошадей на конезаводе в Средней Азии, или когда Мария Попова сделалась «буксиром Анни», чья команда, ходившая на Волге и целиком состоявшая из женщин, читала письма от благодарных поклонников – красноармейцев, которым они передавали боеприпасы.
А еще много женщин, продолжала Маурер, находились на фронте: сражались и погибали за родину[588].
В фильмах на советские темы, снятых американскими киностудиями во время войны, главных героинь больше всего интересовали уже не «перемена убеждений или освобождение», как это было в нескольких популярных фильмах конца 1930-х (пожалуй, самый известный пример – «Ниночка» [1939]). В «Миссии в Москву» (1943), «Северной звезде» (1943), «Песне о России» (1944), «Днях славы» (1944), «Трех русских девушках» (1943) и других фильмах советская женщина изображалась привлекательной, преданной делу и готовой сражаться за родину, причем ее смелость и пыл показывались так, что становилось понятно: это – общие качества всего русского народа[589].
Как показывали примеры Тани (из книги Бурк-Уайт) и «Северной звезды», советские партизанки и разведчицы обретали легендарный статус. Пожалуй, больше других прославилась Зоя Космодемьянская – ее называли «современной русской Жанной д’Арк». Зою поймали с поличным, когда она поджигала немецкий штаб в родной деревне, протащили по улицам, пытали, а потом повесили, и тело с табличкой «Поджигатель домов» несколько недель провисело на деревенской площади. Образ Зои сделался неотъемлемой частью массовой культуры военного и послевоенного времени, а также изобразительного искусства. В 1944 году о Зое сняли фильм, памятники ей стоят по сей день. В марте 1942 года в журнале