— Господин, я прошу руки вашей дочери, — невнятно пробубнил я словно стиральная машина, рассматривая затейливый узор на ковре.

Когда Харг поднял глаза на доктора, он едва заметно улыбнулся. Что означала его улыбка? Облегчённость? Или нотки радости? Даже вполне возможно. Однако Харгу показалось, что в улыбке доктора светилось торжество. Он победил, а Харг одержал поражение. Лаурак не стал медлить. Он тут - же вернулся к приглашённым гостям, и вскоре Харг услышал, как, пытаясь перекричать шум, доктор объявляет...

... Я разрывался между работой и приготовлениями к свадебному торжеству. Теперь мне редко удавалось выбраться в «Чёрное море» побеседовать с Иваном. Нас обоих все больше засасывала жизненная рутина.

Но однажды солнечным июльским днём всё изменилось — изменилось неожиданно, окончательно, бесповоротно. Я шёл через Ридендо - сквер, направляясь к дому Лаураков. Стоял тёплый вечер: тёплый воздух, глубокая небесная синева, яркие дамские зонтики в сгущающихся сумерках. В такие вечера невольно смотришь на мир с оптимизмом. Я брел по алее, полностью уйдя в свои мысли. Внезапно, когда я проходил мимо озера, вдали показался женский силуэт в белом. Когда женщина приблизилась, в груди у меня что-то ёкнуло. Залаяла собака, я невольно оглянулся, а когда снова перевёл на неё свой взгляд... О, боже эти глаза! Эти алые губы! Она сменила причёску, но сходство было потрясающим!