– Не стоит. Это необходимая пытка.
Проблески Хадсона являли воду синее, нежели то небо, которое она отражала.
– Я позвонила Аллану. Сегодня утром он мне особенно был дорог.
– Изменили о нем свое мнение?
– Он не особо рвется вернуться домой. Боится, что мы вдвоем разорвем его в клочья.
– Но избавляться от него не станете?
– То было вчера.
– Из него выйдет верный жеребец и мальчик на побегушках – при условии, что вы устроите ему веселую жизнь. – Мод нахмурилась. Элизабет пихнула ее локтем: – Только подумайте, что у вас на него есть!
– Даже не шутите об этом.
– Человек он неплохой, пусть даже и пытается быть плохим. Но интересно. Немногие жены знати могут претендовать на
– Если б я только была уверена, что вы это не всерьез. Когда он вернется домой, я рассчитываю, что он мне поможет с Присциллой.
– А ей нужна помощь?
– Вы не понимаете, у меня нет сожалений о том, что я забрала деньги, – я лишь подумала, не смог бы Аллан что-нибудь устроить вместо них. Что-нибудь мелкое…
– Дурында вы, деньги ей нужны в последнюю очередь. Она только что получила сто тысяч долларов по страховке…
– Про это она упоминала.
– А это целое состояние для кого угодно в ее возрасте. Вы, публика… Иногда я думаю, что налоги на наследство надо бы сделать совокупными.
– Она меня возненавидит.
– И что? Вы уже пытались от нее откупиться. Прошу вас, дорогая моя, смотрите на дорогу, не на меня. То, что вы сердитесь, означает, что она для вас важна. Скажите ей об этом.
– Она не поверит.