Глава 47.ИНТРИГА НА СЪЕЗДЕ

Глава 47.ИНТРИГА НА СЪЕЗДЕ

Разминированием Кремля после ухода немцев занимался отдельный саперный батальон, приданный Кантемировской дивизии. Работы оказалось много — были заминированы все башни и дополнительно многие участки стены, Архангельский и Успенский соборы, Грановитая палата. Все было подготовлено для взрывов, осталось только нажать кнопку.

Но этого не случилось. Более того, передача схема минирования составило одно из условий соглашения, по которому немецкие войска смогли покинуть центр столицы, оставив при себе личное оружие.

Отделению капитана Григорьева приказали разминировать Водовзводную башню Кремля. Григорьева призвали в Красную Армию в сорок втором, он участвовал в разгроме немецких войск под Сталинградом, и тогда же началась его «тихая война». После того, как фронт откатился из приволжских степей далеко на запад, настало время восстанавливать почти полностью разрушенный город. Первое, что необходимо было сделать — избавить Сталинград и его окрестности от неразорвавшихся боеприпасов и мин. Работать приходилось быстро, и чаще всего их подрывали прямо на месте. Карты минных полей немцы уничтожили, так что в НКВД даже пришлось создать специальную группу из нескольких сотрудников, владеющих немецким, которые выявили в лагерях военнопленных тех, кто мог знать, где именно устанавливались мины. В результате выявили несколько десятков полей с общим числом противотанковых и противопехотных мин, превышающим двести тысяч. К концу весны их обезвредили. Работа в Сталинграде стала боевым крещением капитана Григорьева в новой специальности.

Если для большинства 9 мая 1945 стало окончанием войны, то для саперных подразделений — скорее началом новой, более интенсивной ее фазы. Работы хватало на всех фронтах — и в СССР, и на освобожденных территориях Европы. Как ни странно, проще всего было в Германии — немцы с типичным для них педантизмом составляли подробные карты минных полей с привязкой к ориентирам на местности, указанием количества мин, их типом и времени установки. После капитуляции эти карты оказались в руках союзников, что сильно облегчало работу.

За те три месяца, что прошли после Победы, капитан Григорьев повидал немало таких карт, и уже приноровился их читать. Однако здесь, в Кремле, все было по-другому. Под строения заложили мощные фугасы с десятками и даже сотнями килограмм тротиловой взрывчатки — это не противопехотная мина, и даже не противотанковая! Согласно карте, на нижнем ярусе Водовзводной башни заложили один из самых мощных фугасов. Григорьев оценил замысел подрывников — в помещении с узкими окнами взрывная волна ударила бы всей своей силой на стены и потолок, разрушив их.