Профессор покачал головой.

— Не думаю. Дело даже не в том, что говорит академик, мы сами видели, как один за другим закрываются коридоры. Уравнения Сырина прекрасно объясняют это, так что вряд ли академик ошибается.

— Тогда что значит этот резонанс?

Саша разлил вскипевшую воду по кружкам и добавил заварку. Громов, подув, осторожно, но с видимым удовольствием отхлебнул.

— Хороший у тебя чай, Александр. Откуда?

— Маша дала, она в этом разбирается.

— Передай ей привет.

— Обязательно.

Профессор поставил кружку на стол.

— Резонанс происходит в узком диапазоне частот, причем с увеличением времени, прошедшего от точки ветвления, этот диапазон сужается. Вот то, что мне удалось предсказать аналитически.

Саша возбужденно вскочил со стула.

— А если получится сгенерировать этот диапазон в излучении плазмы, мы сможем восстановить коридоры?

Громов скептически хмыкнул.

— Не уверен, Саша, совсем не уверен. Величины матричных элементов слишком малы для перемещения между мирами физических объектов. Тут что-то другое.

— Что именно?

— В этом и вопрос. Чтобы ответить на него мне надо знать, какие именно частоты попадают в диапазон.

Саша отхлебнул из своей кружки и поставил ее. Вот и еще одна задачка на вычисления.

— Алекандр Николаевич, я понял. Постараюсь помочь. Уравнения сложные?

— На собственные числа и собственные функции, — извиняющимся тоном ответил Громов.

Саша хмыкнул — да, с этим придется повозиться. Преобразование матриц займет много времени, и расчет определителя… многие методы надо будет освежить в памяти.