Крутов, наблюдая за боем и будучи в готовности со своими тяжелыми танками снова прийти на помощь, когда потребуется, гадал — куда делись немецкие Т-4? Как командование будет их использовать? Неужели они решаться на атаку в лоб? Это решение будет самоубийственным — даже против тридцатьчетверок с 85- миллиметровой пушкой Т-4 имел мало шансов в лобовой атаке, не говоря уже про ИСы. Нет, решил Крутов, немцы не совершат такую глупость, это было бы слишком хорошо. Тогда что они сделают?

Одна из тридцатьчетверок, штурмующих Щедрино, сделала выстрел по бревенчатому дому, в котором засели пулеметчики, поливающие огнем главную улицу поселка. Крыша дома загорелась, но стрельба из окон по-прежнему велась. Еще два выстрела — и огневая точка подавлена, но и от дома остались только развалины. Крутов мысленно вздохнул — как бы ему хотелось, чтобы эти Т-4 появились прямо сейчас, вон там, на главной улице! Ну же, поддержите своих, разве не для этого нужны мобильные резервы?

Ладно, подумал он, поставь себя на место Моделя, как бы ты использовал эти танки? В чем их преимущество? Да, в прямом столкновении с советскими танками они проигрывают, но все же 75-миллимитровая пушка — грозное оружие. Машина неприхотливая, надежная, сравнительно экономная по топливу…

Крутову вдруг пришла в голову простая, ясная мысль — да, советское наступление развивается успешно, но коммуникации растянуты на двести километров. По существу, войска контролируют только узкую полоску земли вдоль Ярославского шоссе, а стоит отойти от него на пять — десять километров — и там уже ничейная земля, нет ни наших войск, ни румынских, ни немецких. Что мешает немцам организовать мобильную группу на основе Т-4 для атаки по растянутым коммуникациям и по тылам наступающих войск? Именно этим они и занимались в сорок первом, когда сеяли панику, прорываясь за линию фронта, и этим же занимались советские танковые бригады, только уже в сорок четвертом и сорок пятом.

Крутов связался по рации со штабом Кантемировской дивизии и изложил свои соображения. Оказалось, там думали в этом же направлении. Если предположить, что немцы задумали атаку на коммуникации и тылы, возникал вопрос, где они могли это сделать?

— Взвод Т-4 был уничтожен в первый же день наступления, в районе Мытищ, — сказал Крутов, — возможно, остальные танки еще там.

— Прошло три дня, — возразил ему начальник штаба, — за это время они могли уйти куда угодно.

— А как у них с топливом? — Крутов вспомнил разговор со знакомым капитаном перед началом наступления: тот говорил, что одна из его задач — обнаружить и уничтожить хранилища бензина для бронетехники.