– У тебя нет ко мне вопросов? – спросил он все тем же тихим голосом, совершенно не похожим на голос того Дэвида, которого я знала. Впрочем, пришлось мне напомнить самой себе, того Дэвида, которого я знала, не существует. А может, и существует, но сейчас я разговариваю не с ним.

Конечно, у меня было много вопросов – так много, что невозможно было понять, с чего начать, что сказать, что спросить.

– Разве люди в Новой Британии не говорят немного по-другому?

– Конечно, – сказал он.

– Но ты говоришь так, будто ты отсюда, – сказала я.

– Я притворяюсь, – сказал он. – Если бы мы были в безопасном месте, я бы перешел на свое обычное произношение, и для тебя моя речь звучала бы по-другому.

– А, – сказала я, и мы немного помолчали. Потом я вспомнила кое-что странное, что давно меня интересовало. – Твои волосы. Они длинные.

Он недоверчиво посмотрел на меня, и я почувствовала гордость, потому что смогла удивить его.

– Несколько прядей выбились из-под кепки в тот день, когда я впервые увидела тебя в очереди на шаттл, – сказала я, и он кивнул.

– Это правда, у меня были длинные волосы, – сказал он. – Но я обрезал их несколько месяцев назад.

– Чтобы не выделяться? – спросила я, и он снова кивнул.

– Да, – сказал он, – чтобы не выделяться. Ты очень наблюдательная, Чарли. – И я чуть-чуть улыбнулась, радуясь тому, что Дэвид считает меня наблюдательной, и еще тому, что дедушка гордился бы мной: я заметила то, чего, возможно, не заметили бы другие.

– У людей в Новой Британии длинные волосы? – спросила я.

– У некоторых длинные, – сказал он. – У других короткие. Люди носят такие прически, какие захотят.

– Даже мужчины? – спросила я.

– Да, – сказал он, – даже мужчины.

Я представила себе такое место, где можно носить длинные волосы, если захотеть – ну, если получится их отрастить. И спросила:

– Ты когда-нибудь встречал моего дедушку?

– Нет, – сказал он. – К сожалению, нет.

– Я скучаю по нему, – сказала я.