Я включила охлаждающий костюм на полную мощность и сделала так, как сказал мне Дэвид. Но как только я оказалась в своей квартире, заперла за собой дверь и сняла шлем, мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок, и я села прямо на пол, прислонившись спиной к двери и хватая воздух большими глотками, пока не стало легче.
Наконец я поднялась на ноги, еще раз проверила замки на двери, а потом окликнула мужа, хотя было понятно, что его нет дома. И все же я проверила каждый уголок: кухню, гостиную, спальню, ванную. Даже шкафы. Потом я вернулась в гостиную и опустила жалюзи на окнах, одно из которых выходило на задний фасад соседнего здания, а другое – на вентиляционную шахту. И только после этого села на диван и сунула руку в карман.
Это был сверток из коричневой бумаги размером с грецкий орех, а внутри – что-то твердое. Бумага была заклеена скотчем, и, сняв его, я обнаружила, что под первым слоем бумаги есть второй, а под ним – слой тонкой белой ткани, которую я тоже разорвала. В руках у меня остался маленький черный мешочек из мягкого плотного материала, туго затянутый шнурком. Я ослабила шнурок, подставила ладонь, встряхнула мешочек, и в мою руку упало дедушкино кольцо.
Я не знала, чего ожидать, и только потом поняла, что должна была испугаться, что в мешочке могло оказаться что угодно: взрывчатка, пробирка с вирусами, Муха.
Но в некотором смысле кольцо было даже хуже. Не знаю точно, как это объяснить, но постараюсь. Как будто я всегда думала одно, а оказалось совсем другое. Конечно, это уже и так произошло: Дэвид сказал мне, что он не тот, за кого себя выдает. Но я могла не верить ему, пока не увидела кольцо. До этого у меня оставалось, как однажды выразился дедушка, “право на отрицание” – это значит, что я могла притворяться, что чего-то не знаю, хотя на самом деле знала. А если Дэвид рассказал мне правду о себе, правдивы ли другие вещи, которые он рассказал? Как он узнал о пандемии? Неужели его действительно послали найти меня?
Может, другие страны и
Кто такой Дэвид?
Я посмотрела на кольцо, оно было такое же тяжелое, каким я его помнила, а жемчужная крышечка тайника – такая же гладкая и блестящая.
– Это называется перламутр, – объяснил дедушка. – Разновидность карбоната кальция, который вырабатывает моллюск, слой за слоем покрывая им мешающее инородное тело, попавшее в мантию, – например, песчинку. Сама видишь, он очень прочный.
– А люди могут делать перламутр? – спросила я, и дедушка улыбнулся.
– Нет, – сказал он. – Людям приходится защищать себя другими способами.