Вывод из всего вышеизложенного очевиден: для режима Александра III преданность чиновников престолу была куда важнее их преданности закону.

Состояние низовой администрации в этот период практически не исследовано. Но, судя по высказываниям современников, оно продолжало оставаться удручающим. В 1883 г. Половцов пишет о впечатлениях от Псковщины: «Везде то же самое — равнодушное подчинение всяким злоупотреблениям всякого властного лица». В 1893 г. тот же Половцов: «Возвращаются из Тамбовской губернии Бобринские, полные самых печальных рассказов о виденном, в особенности относительно бездарности и пошлости административных на местах лиц».

С коррупцией в высших эшелонах власти Александр III в первые годы правления пытался бороться — дело Токарева и дело о расхищении башкирских земель (о них мы подробно рассказывали выше) были завершены именно тогда. В 1884 г. последовал закон, запрещавший какое-либо участие в руководящих органах акционерных обществ чинам первых трёх классов и соответствующим придворным чинам, а также обер-прокурорам Сената и их товарищам, директорам департаментов и главных управлений, губернаторам, градоначальникам и прокурорам. Но нет оснований думать, что эти меры принципиально улучшили ситуацию. У министра финансов И. Д. Вышнеградского, например, была самая дурная репутация. Половцов в 1890 г. так отзывался о нём: «Это не министр финансов, а приходо-расходчик, всегда готовый надуть того, кто, на своё несчастье, имеет с ним дело. В его извинение надо сказать, что он не имеет самого элементарного понятия о том, что называют нравственностью». В 1892 г. Половцов передаёт разговор с военным министром П. С. Ванновским, который «резко осуждает его [Вышнеградского] и сообщает, что не раз выставлял государю хищнические проделки этого человека, а также замещение им родственниками своими всяких таких мест в Кредитной канцелярии, в разных банках, на коих можно наживаться самому и покрывать козни Вышнеградского». И уж совсем прожжённым мошенником считался министр путей сообщения А. К. Кривошеин, при воцарении Николая II не только отправленный в отставку, но и лишённый придворной должности гофмейстера. В мае 1894 г. Ламздорф записал свою беседу с русским послом в Швеции И. А. Зиновьевым: «Разговариваем об общей деморализации в правительственных сферах… Продажность таких министров, как Дурново, Кривошеин, [Т. И.] Филиппов [государственный контролёр], общеизвестна; повсюду господствует карьеризм и отсутствует всякая совестливость… Я говорю Зиновьеву, что в настоящее время лучше держаться подальше от любого министерского поста и даже поста товарища министра… Он присоединяется к моему мнению и говорит, что теперь ценит выгоды своего мирного поста в Стокгольме».