К нему подошли переводчики, обступили его полукругом.

— Вы можете двигаться дальше. Идите лучше в Бергштадт. Там вы встретите советских солдат, они помогут вам вернуться на родину.

Переводчик польской группы сказал:

— Мы требуем немедленно отправить нас… немедленно…

— Требовать можете, но не забывайте и о том, что нам сейчас тоже нелегко. Мы не в состоянии выполнить в данный момент все ваши требования и просьбы.

— Наше положение намного хуже вашего, — не отступался от своего переводчик.

— Продолжайте свой путь, — проговорил Раубольд тоном приказа. — Счастливого вам пути!

— А как же больные? Они не могут идти сами!

— Больных оставьте в городе. Мы о них сами позаботимся.

Переводчики коротко посоветовались, а затем начали строить свои группы. Ни один из больных не пожелал остаться в городе. Все встали в строй.

Тогда Раубольд подбежал к колонне.

— Стойте! Я дам вам два грузовика!

Через полчаса два грузовика стояли на дороге.

— В первую очередь посадите больных! — распорядился Раубольд. — Мы довезем вас до ближайшей советской воинской части! Правда, у нас нет на вас пропусков, но русские смогут вам помочь.

Одну машину должен был вести Хиндемит, другую — бывший полицейский, но, к счастью, узники не знали этого.

— Если я через два часа не вернусь обратно, считайте, что я поехал своим ходом в Польшу, Бельгию или Турцию. А может, я останусь с русскими, чтобы подвозить боеприпасы для Советской Армии! — выпалил с улыбкой Хиндемит. — И, повернувшись к другому шоферу, добавил: — Ты встал на путь исправления. Но учти, если ты заедешь в кювет, я из тебя сделаю отбивную котлету!

Обе машины тронулись в путь, а вслед за ними потянулась и пешая колонна.

Раубольд смотрел им вслед, пока они не исчезли.

7

Колокольный звон плыл над городом: отчетливо слышались удары большого колокола, ему вторили два малых.