Услышав от мужа такие слова и ободрившись, Фабьелла вывела из укрытия брата и представила его соколу, а тот сказал шурину: «Пять да пять — будет десять; любовь проходит через перчатки, как вода сквозь сапоги![443] Добро пожаловать, считай, что ты дома. Пользуйся всем и веди себя как тебе удобно!» И сказал слугам, чтобы они оказывали честь и служили гостю, как ему самому.

Когда Титтоне пробыл на горе пятнадцать дней, пришло ему на мысль найти и остальных сестер. Он попросил у сестры и у зятя дозволения отправиться, и сокол дал ему одно из своих перьев со словами: «Носи это перо с собой повсюду, дорогой Титтоне. Может, настанет час, что оценишь его дороже целой казны. Так что береги его, а если придет великая нужда, брось его на землю со словами: „Ко мне, ко мне!“ — а потом еще благодарить меня будешь».

Титтоне, завернув перо в бумагу и положив в кошель, после почтительных прощаний отправился в путь. И, пройдя безмерно много, пришел в лес, где олень жил с его сестрой Вастой. Принуждаемый голодом, он пробрался в сад, чтобы сорвать несколько плодов, и тут его увидела сестра. Узнав его тем же образом, что и Фабьелла, она познакомила его с мужем, который оказал ему всяческое гостеприимство, обращаясь с ним так, как требовало достоинство принца. А когда через пятнадцать дней отдыха Титтоне захотел идти искать третью сестру, олень дал ему волосок из своей шерсти, прибавив к подарку те же слова, что сказал сокол, давая перо.

Выйдя в дорогу с запасом денег, которые дал ему сокол, — и столько же дал олень, — Титтоне странствовал, пока не дошел до края земли, и, поскольку дальше не было возможно идти пешком, сел на корабль с намерением расспрашивать о сестре по всем островам. И с попутным ветром плавал по морю, пока не прибыл на остров, где жил дельфин с Ритой. И только успел высадиться на берег, как сестра его заметила и узнала, как узнали и прочие. И зять оказал ему множество любезностей, а когда Титтоне собрался уходить, чтобы наконец после долгого отсутствия увидеться с отцом и матерью, дельфин подарил ему одну из своих чешуек[444], сказав то же, что и прочие зятья. После этого Титтоне сел верхом на лошадь и отправился в путь.

Высадившись на земле и не отойдя еще полмили от берега, он оказался в лесу, который был беспошлинным портом страха и потемок, с ежедневной ярмаркой беспомощности и ужаса, и там набрел на озеро, что целовало ноги деревьям, умоляя не показывать его безобразия Солнцу. Среди озера высилась огромная башня, в окне которой Титтоне увидел прекрасную девушку у ног спящего дракона.