Серпуховской
ему
назначение
Вронский с радостью ухватился за эту мысль
тяжелее становилась ему та жертва, которую он приносил тому, что он считал должным. Он уже выезж Рана его зажила и он уже выезжал, делая приготовления для отъезда в Ташкент. «Один раз увидать ее и потом зарыться, умереть», — думал он и высказал эту мысль Бетси. С этим посольством Бетси ездила к Анне и прислала ему отрицательный ответ. «Тем и лучше, — подумал Вронский, получив это известие. — Это была слабость, которая погубила бы мои последние силы». Но на другой день сама Бетси утром приехала к нему и объявила, что Алексей Александрович дает развод и что Анна ждет его
Этот Вронский нов и тем, что его назначение в Ташкент исходит уже не от брата, а от Серпуховского. (И Серпуховской — в числе тех немногих, кто навещает выздоравливающего Вронского согласно первой редакции этой главы и кого — во всех вариантах сцены — Вронский вспоминает как коррелят своих служебных амбиций, когда перед выстрелом обегает мыслью свою жизнь «вне <…> любви к Анне» [392/4:18][796].) Эта замена, тесно связанная с другими правками в разбираемом сегменте рукописи, — еще один датирующий признак, указывающий на январь 1876 года как terminus post quem для решающей ревизии финала Части 4. В конце 1875‐го Серпуховской впервые появляется в черновиках не намечавшихся ранее глав Части 3, чтобы вскоре же, в январе 1876 года, возникнуть в печатном тексте на страницах «Русского вестника». Благодаря фигуре Серпуховского, с ее ориентальной аурой, почти случайная «отправка» в Ташкент обретает смысл испытания миссией, «лестного и опасного назначения», которое даже доставляет «радость» тоскующему Вронскому[797] (в ОТ эта нота слегка умерена: «…Вронский без малейшего колебания согласился на это предложение» [408/4:23][798]). Забота молодого генерала о друге, которого чуть не погубила любовная страсть, — лейтмотив их разговора после скачек — логично проявляется в устройстве тому назначения, сколь увлекательного, столь и карьерно выгодного. Но соответственно возрастает и цена отказа от такого продвижения по службе…
ОТ
Наконец, во фразе, вписанной в ходе правки на последних страницах рукописи 38, у Вронского зажила рана, тогда как в предшествующих редакциях — рукописи 71 и верхнего слоя рукописи 39 — он наносит себе два ранения. Эта формулировка отразила сам момент смещения от варианта с двумя выстрелами и одной опасной, другой легкой ранами — к ОТ, где задача ангела-хранителя упрощена тем, что Вронскому не удается выстрелить во второй раз, хотя и единственный произведенный выстрел ставит жизнь под угрозу.