Но ведь он упал, правда? Он упал на пол. И тут случилось что-то, отчего ты впал в ярость. То ли он тебя раздразнил, то ли ты поддался действию адреналина, но в какой-то момент ты утратил над собой контроль. Он упал. Или это ты сбил его с ног? Он ударился головой о край кухонного стола. Но ты не остановился. Ты пинал его ногами. Ты забил его до смерти. Возможно, это заняло всего несколько секунд.

Потом ты наклонился посмотреть, что же ты натворил. Не знаю, любовь моя, что происходило дальше. О чем ты думал, когда этот человек испускал свой последний вздох — тонкую струйку воздуха, смешанного с кровью, которая испачкала щеку, когда ты склонился над ним. Несмотря на твои попытки избавиться от одежды и следов крови, при аресте на тебе обнаружили его ДНК. ДНК проникает повсюду. Потом ты, должно быть, выпрямился, еще раз посмотрел на лежащее на полу тело, и одновременно с тем, как в мозгу твоей жертвы распадались нервные клетки, раздвоился и твой ум: одна его часть продолжала существовать в придуманном тобой сюжете, а вторая уже осмысливала жестокую реальность. У смерти есть особенность, которую ты в эту минуту осознал, она необратима. Вдруг выяснилось, что эту фантазию, в отличие от остальных, нельзя под напором реальной жизни задвинуть назад в ящик. У тебя на глазах происходила диссоциация — отделение Джорджа Крэддока от жизни. В следующие секунды ты понял, что придуманный тобой сценарий больше тебе не подчиняется. Пьеса вышла из-под контроля. Это случилось, и ты, вернувшись в свой пригородный дом к жене и детям, не можешь сделать бывшее небывшим. Ты убил человека.

О том, что происходило дальше, я могу только догадываться. Я представляю, как ты отступаешь от тела, проводишь окровавленными руками по своим густым, жестким, каштановым с проседью волосам, потом оборачиваешься и видишь: да, это труп и он никуда не делся. Вот такой печальный парадокс: жизнь улетучилась, человека больше нет, но тело, в котором он обитал, осталось и никуда уже не сбежит. Все мы помним ужастики, в которых трупы встают и гоняются за убийцей… На самом деле оживший труп означает наше желание повернуть время вспять. Если бы только убийца мог вдохнуть в свою жертву жизнь, чтобы убитый — или убитая — поднялись, развернулись и удалились! Я так и вижу, как ты кружишь по квартире, пытаясь отдышаться и привести в порядок мысли.

Но рано или поздно наступает момент — мне, дорогой мой, очень интересно узнать, как много времени ушло на это у тебя, — когда разделенные половинки твоего мозга снова соединяются, вынуждая тебя взглянуть в лицо новой реальности. Как-никак, ты работал полицейским, то есть тебя учили быстро соображать и принимать решения на ходу. Неизвестно, действовал ты сознательно или неосознанно — впрочем, не уверена, что это имеет значение. Так или иначе, потратив несколько минут на метания вокруг трупа, ты придумал способ выбраться из западни. Ты заранее припас второй комплект одежды и обуви, то есть был внутренне готов к любому развитию событий. Но это же означало, что просто набрать номер 999 и сообщить о несчастном случае ты не мог. Тебе хватило опыта, выдержки и знаний, чтобы понять: этот путь исключен. Тебя подвели слишком тщательные приготовления к выдуманному убийству. Не будь их, у тебя появилось бы гораздо больше шансов безнаказанно совершить реальное преступление. Ты бы честно рассказал, что произошла драка, в которой твой противник случайно погиб, о чем ты искренне сожалеешь.