Ближе к вечеру дело было кончено. Оставалось только дождаться грузовик, который Иван Семенович попросил у фермеров, погрузить на него мешки с собранным урожаем и отвезти его домой.

Наконец и это было сделано. Картофель большими кучами лежал под навесом возле сарая, сушился. Анна Петровна ушла готовить ужин, а Сергей с Иваном Семеновичем, сидя на ступеньках, чистили и точили лопаты – приводили в исходное состояние, как говорил Иван Семенович.

Амур крутился рядом, увлеченно наблюдая за людьми и, видимо, считая все это какой-то игрой, норовил прихватить зубами руку Стеклова.

– Добрый вечер в вашу хату! – донеслось от ворот. Амур сорвался с места, озлобленно залаял. Огненный шар заходящего солнца не позволял рассмотреть стоящего человека. Стеклов приложил ко лбу руку, собрав пальцы козырьком, и увидел Берсенева. – Видно, богатым буду? – расплывался в улыбке Юрий.

– Юрка! – радостно крикнул Сергей, вставая. – Ты чего не предупредил, черт? – спросил он на ходу.

– Сюрприз, Цезарь.

Сергей успокоил Амура, открыл калитку. Друзья обнялись. Стеклов взял из рук Берсенева сумку, слегка подтолкнул его в спину, приглашая во двор.

– Вот, деда, знакомься: тот самый знаменитый Юрий Берсенев. Человек, с которым не бывает скучно. Но есть подозрение, что в прошлой жизни он был белым офицером.

– Наслышан, – сказал, улыбаясь, Иван Семенович и протянул руку.

– Надеюсь, о хорошем наслышаны, – сказал Юрий, отвечая на рукопожатие.

– Ты как добирался от вокзала? – спросил Сергей. – Автобусы ведь два раза в день ходят, в лучшем случае.

– Ничего. Добрые люди помогли – попутку поймал. Ну, а здесь немного пешком прогулялся. Язык, как говорится, до Киева доведет.

– Ну твой-то и подальше довести способен.

– Не исключено.

– Почему один приехал? Сотников где?

– В отличие от нас с тобой, он исполняет служебный долг. Как завещал адмирал Макаров: «Моряк в море – дома, на берегу – в гостях».

– Ну понесло, – рассмеялся Сергей. – А если серьезно?

– Серьезно. Его в другой экипаж переназначили, и с отпуском он пролетел, но передавал тебе свои горячие медвежьи объятия.

С прибытием Берсенева в доме сразу стало шумно. Он с первых минут знакомства сумел расположить к себе Анну Петровну. Уже спустя полчаса она называла его не иначе как Юрочка. И Юрочка был очень доволен: Анна Петровна буквально со всех сторон обставила гостя закусками и сковороду со шкворчащим мясом придвинула к нему же. Он с восторгом нахваливал еду, радуя хозяйку хорошим аппетитом.

После ужина Сергей вручил другу полотенце, и они вышли на улицу.