В официальных нотах неизменно ударение делалось на тесной экономической и этнографической связи Крыма с Украиной и что неизбежное присоединение полуострова к Украинской Державе может состояться на автономной основе[825].

Конечно, можно было немало порассуждать о некоторых сравнительных преимуществах или же уязвимости тех или иных аспектов позиций конкурирующих, остро дискутировавших на переговорах в Киеве сторон, учитывая и одностороннюю поддержку Германией Украинской Державы, хотя в данном случае немцы больше заботились о собственных корыстных интересах[826]. Однако это бессмысленно, поскольку к реальной политической практике не только отношения, но и слабого касательства не имело. И больше всего об этом свидетельствует дальнейшая линия поведения руководства Украинской Державы, равно как и политика объективно наиболее весомого, определяющего фактора – третьего контрагента – германских оккупантов.

Воспроизведенный «крымский сюжет», как представляется, достаточно наглядно иллюстрирует, какие сложные проблемы приходилось решать в процессе переговоров. Поспешность, недостаточный учет реальной обстановки, эмоциональная заряженность могли только повредить достижению справедливых результатов (естественно – в пределах возможного).

Особую остроту, как и предполагалось, приобрел вопрос о демаркационной линии между РСФСР и Украинской Державой[827]. На словах соглашаясь с тем, что исходным моментом должен быть этнографический принцип, на деле каждая сторона искала способы решения спорных вопросов в свою пользу, исходя из военно-стратегических соображений, реальной силы, очень часто ссылаясь на необходимость выяснить позицию местного населения относительно включения их региона в состав того или иного государства.

Неоднократно делегации прибегали к аргументации своей позиции уже имеющимися постановлениями различных собраний населения о желании отойти к Украине (южные районы Курской и Воронежской губерний) или, наоборот – к России (прифронтовая зона Черниговщины, Киевщины) и научным данным (статистике, переписям населения, диалектологических карт) и т. п.

Практические сложности в вопросах территориальных разграничений в 1918 г. не раз становились предметом специальных исследований. При этом в научный оборот вводятся все новые обнаруживаемые пласты документов[828].

Определенный эффект имело посредничество немецких дипломатов, присоединившихся к переговорам как заинтересованная сторона относительно размещения своих войск на северной границе Украины[829]. Российская сторона, с учетом реалий, вынуждена была пойти на определенные территориальные уступки.