Фроста он нашел в баре Хайнц-57, уже с какой-то девицей на коленях. Там было громко, шумно, гремела музыка, стоял автомат — проигрыватель и какой-то тип скармливал ему монету за монетой и выбирал одно и то же — кантри, отчего хотелось дать ему в морду.

— Пошли

— Эй, Майк, какого хрена! Оставайся, тут весело

— Пошли, надо поговорить

— Э… ты что, крутой?

Твою мать… пехота.

В США как известно четыре рода войск — ВВС, флот, обычная пехота и пехота морская. Все они ненавидели друг друга. ВВС считали умниками и везунчиками — пока одни сидят в траншеях или на боевых аванпостах в джунглях — другие прохлаждаются в тылу в кондиционированных домиках. В этой стране именно аэродромы предоставляли хоть какой-то комфорт. Только конечно эти вот герои не упоминали про перспективу погибнуть в мгновенной вспышке зенитной ракеты или умирать долго, в чужом плену, и это если не растерзают крестьяне после посадки. Чего говорить, если многие летчики перед вылетом договаривались: если собьют, товарищи должны сбросить бомбу на место аварийной посадки, чтобы — сразу.

Флот — имеет свой уровень комфорта, на боевом корабле, особенно офицерам — те и вовсе обедают на фарфоре. Только вот если что — в бою обычно погибает вся команда или вся команда (то что от нее осталось) попадает в плен к врагу. Обычная пехота и морская пехота ненавидят друг друга только по факту того что занимаются одним и тем же и считают себя лучшими в этом.

Пехотинцы. Причем не призывники — контрактники. Долбанные машины для убийств, кем они себя считают.

— Ну что, замолк, п…р.

Сонтаг вместо ответа — ткнул пехотинца пальцем в грудину, как его научил один из местных мастеров. Того скрючило от боли.

Второй вскочил — и получил незаметный, но не менее болезненный и эффективный удар… скажем так — по одному месту.

Третьего сбил с ног сам Фрост.

— Валим!

— Хапнешь?

Сонтаг покачал головой

— Нет.

— А я хапну