Юля подумала, улыбнулась и покачала головой:

– Нет.

Выйдя из кафе, мы прогулялись по пешеходному мосту, где Лиза решила снять нас на фоне реки и собора. Потом вернулись на набережную. Там кипел блошиный рынок. Наш строгий продюсер и режиссер заставила всех примерять какие-то старинные штуки. Юле досталась ажурная шляпа с вуалью, мне – котелок и тяжелая трость. Косте вручили разбитый игрушечный паровоз.

– У него колес нет, – пытался протестовать мелкий. – Я новый хочу.

– Обойдешься! – Лиза была непреклонна. – Новый у каждого дурака есть. А это… Мама, как это называется?

Юля улыбнулась из-под вуали:

– Антиквариат.

– Понял? Встань рядом с ними, как будто ты их сын.

– Он и так наш сын, – робко напомнил я.

– Это в жизни. А сейчас вы мои актеры, которые играют старинную семью. Хватит болтать! Начали!

И мы изобразили старинную семью. Костя, правда, постоянно отвлекался, потому что на соседних лотках лежало множество всякого интересного барахла, но в итоге режиссер добилась от нас, чего хотела.

– Снято, – сказала она, и артисты перевели дух.

– Жаль, что такие вещи больше не носят, – сказала Юля, снимая шляпу с вуалью. – Я бы с удовольствием.

– Не вопрос, – откликнулся я, и все было немедленно куплено.

Включая трость и старинный паровоз.

– Да зачем? – смеялась Юля. – Куда я в этом пойду?

– На рэп-баттл. Создадим трэнд.

В качестве следующего объекта для съемки Лиза потребовала панораму всего города и загнала нас на небоскреб с обзорной площадкой на крыше. Там было так холодно и ветрено, что мы уговорили ее ограничиться парой кадров. А чтобы ей в голову не пришло еще что-нибудь экстремальное, мы с Юлей по-быстрому нагуглили для нее музей с динозаврами.

– Настоящие динозавры?! – В Лизавете окончательно проснулся Спилберг.

– Ну… не совсем. Скелеты динозавров… Зато настоящие.