Всего за несколько часов до пресс-конференции Фоти «Тенет» объявила о том, что намерена продать Мемориал местной некоммерческой больничной сети и что сделка находится в стадии согласования уже несколько месяцев. Средства от продажи Мемориала и нескольких других новоорлеанских лечебных учреждений (в общей сложности 56,8 миллиона долларов) корпорация «Тенет» намеревалась направить на выплату почти миллиарда отступных в рамках досудебного соглашения по искам о взимании с клиентов излишних денег за страхование в системе «Медикэр» – как в Луизиане, так и в других штатах. Представители «Тенет» также сообщили, что страховщики согласились выплатить корпорации 340 миллионов компенсации за ущерб, нанесенный пяти продаваемым лечебным учреждениям ураганом «Катрина».
Медсестры Мемориала восприняли новость об аресте Шери Ландри и Лори Будо с болью и недоверием. В их довольно тесном мирке начал распространяться страх. У многих невольно возник вопрос: кто станет следующей жертвой охоты на ведьм? Медсестры собирались вместе, обменивались электронными письмами, списками телефонов, пытались разыскать врачей и членов руководства больницы, которые готовы были бы выступить перед журналистами. Они искали контакты в высших сферах, в том числе среди топ-менеджмента нефтяных компаний, которые распоряжались огромными деньгами и имели большой опыт в урегулировании кризисов.
Медсестра реанимационного отделения Кэти Грин начала действовать сразу же после того, как ей позвонила дочь Лори Будо и сообщила об арестах. Грин была серьезно напугана, более того, случившееся с ее подругами повергло ее саму в состояние паники. Она собрала других медсестер. «С этим надо что-то делать», – заявила Кэти. По ее словам, Фоти по сути выступил против всех медсестер, которые работали в больнице во время урагана и наводнения. А где же, спрашивается, были его вертолеты и лодки, когда им так нужна была помощь?
Грин по поручению Будо встретилась с ее юристом Эдди Кастэном. Адвокат по уголовным делам… Все это казалось невероятным. Кэти Грин сидела перед ним и смотрела ему в глаза. Она спросила Кастэна, имеет ли он представление о том, чьи интересы представляет. «Поймите, это не просто люди, это
Большинство других медсестер к тому времени уже потеряли желание общаться с прессой и уклонялись от контактов с журналистами, но не Грин. Она давала интервью одно за другим, нисколько не боясь, что ее отзывы об арестованных коллегах покажутся чересчур восторженными: «Они, безусловно, лучшие медсестры из всех, которыми располагает наша медицина. Если бы моя дочь во время урагана оказалась в больнице и нуждалась в уходе, я бы доверила заботу о ней именно им. И если бы моя дочь умерла, я никогда не сказала бы им, что они что-то сделали не так, никогда».