Входит  О ф и ц и а н т к а.

О ф и ц и а н т к а. Андрей Гаврилович, за столом Бондаренко опять скандал. Посетитель требует книгу.

К р и г. Ну вот… Вот видите…

Ж е л в а к о в. Я же сказал, что этот стол не обслуживать. Гони сюда Бондаренко.

О ф и ц и а н т к а  уходит.

Будет у нас, маэстро, солистка. Обещал мне один жук из филармонии устроить певицу зарубежного класса… Импорт-люкс.

К р и г. С ума сойти! Это было бы колоссально!

Ж е л в а к о в. Она к родичам приехала погостить как туристка, ну, и не прочь выступить в нашем городе.

К р и г. Только… согласится ли она петь в ресторане?

Ж е л в а к о в. Чудак вы, маэстро… Пока я за этим столом сижу, «Эльбрус» — это не только ресторан, это вершина, с которой весь город как на ладошке. Ясно? Через ресторан большие дела делаются… Это вроде как научная лаборатория… В ресторане всякая личность как бутон раскрывается… Цветок к солнцу тянется, а человек… к ресторану. Вот, бывает, встретится тебе мужик — кремень, ничем ты его не возьмешь — ни клещами, ни молотом… А ты дай мне его на часок в «Эльбрус», так я из него свечки делать буду — вот как!..

Входит  Б о н д а р е н к о — человек в белом кителе, с подносом в руке.