Д а м а. Прошу прощения. Кто есть товарищ директор?

Ж е л в а к о в. Чем могу служить?

Д у б р о в с к и й (в крайнем изумлении разглядывая Даму). Нет-нет, не может быть! Неужели? Глазам не верю. Барбара Кжишевска?!

Д а м а (протягивая ему руку). Пан Богдан?

Д у б р о в с к и й. Ну, конечно! Боже мой, какой страшный ветер, какой тайфун занес вас в этот город? Помнится, в последний раз мы виделись с вами… в Варшаве?

Д а м а. Да-да. Я не запомнила, пан Богдан.

Д у б р о в с к и й. А помните Сан-Ремо, а? Огни фестиваля? Ваши песенки, цветы… овации… Бо-же мой, все это словно вчера. (Желвакову.) Вам чертовски повезло, хозяин… В ваше заведение упала с неба звезда первой величины… Это же Барбара Кжишевска — королева песни… Что вы застыли, как в карауле, предложите даме кресло, дайте бокал вина…

Ж е л в а к о в (растерянно). Один момент, сейчас распоряжусь.

Д а м а. Я приехала из Гданьска погостить до моей тети… Я не думала выступать… Но в филармонии сказали, что в мюзик-холл «Эльбрус» может быть мой гастроль.

Д у б р о в с к и й. Это не мюзик-холл — это кабак… (Передавая ей бокал.) За нашу встречу, Барбара!.. Нам есть что вспомнить, а?

Ж е л в а к о в. Мы вас давно дожидались… И я и маэстро. Очень нам требуется солистка.

Д у б р о в с к и й. Вам требуется хор бродяг, но у Барбары доброе сердце, и я боюсь, что вы ее уговорите.

Д а м а. Я концертировала в мюзик-холл, по радио, на телевизии, но в ресторане я никогда не пела…

Ж е л в а к о в. У нас больше чем ресторан. Но это разговор особый… Я сейчас, с вашего позволения, дам команду, чтоб в зале нам сервировали специальный служебный стол, там и продолжим деловой разговор. Прошу три минутки повременить… (Поспешно выходит.)