Каждый вечер к воротам обоих КПП съезжались на автомобилях и мотоциклах представители «коренного» немецко-армянского населения, привозили очередных похотливых потенциальных невест на случку, и знакомили их со своими земляками. Как говорится, готовили почву для увеличения этноса. Бороться с этим национально-освободительным движением брачно-сексуального характера было трудно, а главное бесполезно, ведь Армения уже почти не подчинялась указаниям центральных московских властей, вела свою независимую политику, да еще и готовилась к войне с Азербайджаном в Карабахе, с другим представителем нерушимого союза республик свободных, которых вроде как сплотила на веки великая Русь. Да и ввязываться в эту половую селекцию офицерам было довольно опасно, ведь немецкие армяне в открытую угрожали всяческими репрессиями и расправой даже командиру полка…
Глава 7. Украденный орден
Глава 7. Украденный орден
Лето как-то очень быстро пролетело, и наступил сентябрь. Время неумолимо отсчитывало дни приближающие полк к полной ликвидации, а военных к возвращению в родную бытовую неустроенность, в голод и холод. Военный народец был близок к панике, особенно нагнетали истерию их жёны.
В тот тёплый осенний вечер Эдик заступал дежурным по полку. Наряд — самое бестолковое времяпровождение: ни выпить, ни личные дела сделать, типа поисков машины или добычи какой-нибудь гуманитарной халявы-помощи от братского немецкого народа.
Громобоев ужасно не любил ходить в наряд дежурным по полку. Ночью не спишь, бродишь по части, следишь за порядком в казармах, гоняешь с прилегающей территории вечно гомонящую шайку деклассированных местных и своих полковых армян, проверяешь караул, шатаешься по постам, где какой-нибудь придурок часовой спросонья может в тебя нечаянно пальнуть. Гораздо интереснее быть начальником патруля, можно хотя бы по городу пошататься, в очередной раз осмотреть замок герцога, заглянуть на железнодорожный вокзал и посмотреть на проносящиеся мимо поезда, пройтись с солдатами по магазинам.
А дежурный по полку ограничен территорией за четырьмя стенами, да ещё должен три раза за сутки проконтролировать приём пищи. Кстати, эта обязанность была самой нервной и тяжёлой, вход в солдатскую столовую был обустроен крайне неудачно, маленький пятачок для построения перед ней был зажат клумбами и решетчатым ограждением. Чтобы не создавать столпотворения требовалось филигранное умение — каждую роту и батальон запускать внутрь за считанные минуты и строго по распорядку. Но так как все подразделения приходили не по графику, а почти одновременно, да ещё у дембелей была забава просочиться без строя, приходилось брать хорошую дубину и регулировать ею порядок.