Поддавшись импульсу, Кристи-Линн опустилась на колени и начала просматривать содержимое ближайшей коробки. В основном вещи Кэрол, брошенные после поспешного переезда во Флориду: лампы, скатерти, тарелки. Кристи-Линн не выбрасывала их на тот случай, если Кэрол передумает и попросит их прислать. Но та не просила. Возможно, потому что уже забрала все важное.
Среди упакованного в коробки хлама явно отсутствовали памятные вещи – альбомы с вырезками, фотографии, семейные реликвии. Никаких намеков на
Вспомнив ночь своего отъезда из Клир Харбор, Кристи-Линн вдруг поняла, что забрала с собой лишь старую фотографию и блеклый кулон. Она пожелала сохранить лишь эти напоминания о потере и боли, потому что счастливых воспоминаний попросту не было. Кристи-Линн их не создала. Вместо этого она построила осторожную жизнь с пустым прошлым и еще более пустым будущим.
Потекли слезы, словно после шторма прорвало плотину, а в голове звучали слова Уэйда, Мисси и даже ее матери. Наступил момент ужасающей ясности – обычно такое происходит в начале третьего акта, пока у героини еще есть время спастись. Но поезд, к сожалению, уже ушел. В жизни уже образовалась огромная дыра.
Хотя если быть честной – и уже давно пора, – то следует признать: всю пустоту в своей жизни Кристи-Линн сотворила сама. Не ее мать. Не Стивен. Она сама. Кристи-Линн жила словно в пузыре, пытаясь обезопаситься от внешнего мира, но в определенный момент схема перестала работать. Кристи-Линн захотелось большего. Не поздно ли еще измениться, спасти хоть что-нибудь спустя столько потерянных лет? Кристи-Линн не знала. Знала только, что хочет попытаться, и точно знала, какую дверь откроет первой.
Сорок семь
Сорок семь
Кристи-Линн сидела на веранде с телефоном и кружкой кофе, проверяя сообщения. За последние пару недель случилось столько всего, ей хотелось рассказать Уэйду множество новостей, хотя на фронте их отношений дела шли неважно. Они не разговаривали несколько недель. С того самого утра, когда она уехала в Уолтерборо, он вообще перестал заходить в магазин.
После ее поступка винить Уэйда не в чем. Она была весьма убедительна, когда заявила о совершенной ими ошибке. И даже почти убедила себя саму. Но на самом деле ужасно по нему скучала: по его улыбке, по порой грубоватым, но всегда искренним советам, по его присутствию на ее кухне – и в ее жизни.
Кристи-Линн несколько раз пыталась ему дозвониться, но каждый раз попадала на автоответчик. То ли Уэйд выключил телефон, то ли добавил ее в черный список. Наконец она отправила ему сообщение: «Дочитала рукопись. Хотела узнать, как передать замечания».