Учимся сокращать

ЧАСТЬ 1

Прочтите приведенный ниже текст.

Засеките пять минут.

За это время сократите этот текст на двадцать слов.

Закончив, ответьте себе вот на эти вопросы:

1. Что я вырезал(а)?

2. Почему я это вырезал(а)? (Это расскажет вам кое-что о вашем редакторском чутье.)

3. Лучше или хуже стал получившийся отредактированный текст?

А теперь проделайте все то же самое еще раз.

Более того, проделайте все то же самое не раз и не два, пока от исходных 490 слов этого фрагмента не останется половина (245).

ТЕКСТ

Жил да был невозмутимый приветливый человек по имени Билл. Однажды Билл, облаченный в коричневую рубашку, зашел, источая дух паранойи, в Департамент автомобильного транспорта. Ничего необычного или недостоверного в этом нет. В ДАТ занервничает кто угодно, если он в здравом рассудке. Ум Билла перебирал картинки в той же мере смутные, в какой порождены они были беспокойством. Билл видел себя в наручниках. Представлял, как кто-то появляется из подсобки со списком автомобилей, которые Билл за пятьдесят лет своей жизни помял, поцарапал или стукнул дверцей на всевозможных парковках: сперва в Индиане, затем в Калифорнии, а теперь вот в Сиракьюс, штат Нью-Йорк, где, как Биллу кажется, худший в смысле нервозности ДАТ на свете, бочком притулившийся на одной улице с похожими приземистыми жилыми и заводскими зданиями, ищешь его, ищешь… И всякий раз приходилось искать заново. Билл не мог запомнить, как находил его в прошлый раз, плохо дело. В конторе ДАТ потолки низкие и воняло дымом, средством для мытья полов и человеческим потом. Но один и тот же мужик все тер и тер пол шваброй. Едва ли не казалось, что трет он смесью средства для мытья полов и человеческого пота, попутно куря. Но нет: над головой у него висела табличка «НЕ КУРИТЬ». Вот правда, до чего тут все обыденно и до чего бюрократично. Везде в Америке есть такие общественные здания: дешево обустроить, наверное, но необычайно дорого в смысле истощения психики тех, кто вынужден их посещать. Билл двинулся к конторке. Но сперва надо получить номерок у женщины с пламенно-рыжими волосами. Она сидела за столом у двери, которую Билл только что миновал.

– Здесь номерки дают? – спросил Билл.

– Да, – ответила женщина.

– Красивые волосы, – сказал Билл.

– Вы ехидничаете? – спросила женщина.

Билл не нашелся с ответом. Да, он съехидничал, но теперь он осознал, что оплошал – чисто потому, что еще номерок получить надо. Чего он все время такой ехидный? Что плохого эта бледная тетка-клоунесса ему сделала? Его паранойя усилилась. Картинки поплыли перед глазами – скорее даже геометрические фигуры: катастрофические, свернутые как зародыш и развеселые завитки и искры, возможно, из-за надвигавшейся мигрени. Комната качнулась, отпрянула, а затем вновь прояснилась. Слишком жарко.