Россия и многосторонний дипломатический процесс в Корее[325]

Россия и многосторонний дипломатический процесс в Корее[325]

Большую часть второй половины XX в. (и после окончания корейской войны, и после распада СССР) Корея находилась на периферии нашей международной политики. Между тем для остальных стран, представляющих самый мощный в мире “многоугольник” – США, Китая, Японии, – Корейский полуостров входит в число внешнеполитических приоритетов.

Ни Сеул, ни Пхеньян не имеют серьезных противоречий с Москвой. Углубление взаимодействия зависит главным образом от нашей готовности уделять ему больше внимания и ресурсов. Добрососедские отношения с корейскими государствами позволили бы России использовать корейский фактор для “балансирования” веса Китая и Японии в регионе и даже усилить свои позиции в диалоге с США. Тем более что и самим корейцам нужен противовес в их все более независимых отношениях с “центрами силы”. Россия для этого вполне подходит. Развитие дружественных отношений с обеими Кореями имеет, таким образом, не только самоценное, но и более широкое, геополитическое значение.

• Успешно избежав в 1990-е гг. (во всяком случае, к концу десятилетия) втягивания в межкорейскую конфронтацию на той или иной стороне, Россия теперь может претендовать на позитивную роль в сближении двух Корей и получить свою долю политических и экономических дивидендов. Особенно перспективным начинанием представляются трехсторонние проекты на железнодорожном транспорте и в энергетике. Россия может обрести важные функции “евразийского моста”, что поспособствует развитию Дальнего Востока, более глубокой интеграции страны в азиатское экономическое пространство.

• Москве следует громче артикулировать заинтересованность в денуклеаризации КНДР, демонстрировать готовность содействовать этому процессу, а также участвовать в оказании экономической помощи Пхеньяну в рамках многосторонних договоренностей. Это необходимо для углубления взаимопонимания с другими участниками мирного процесса (особенно с Китаем и США) и для доказательства отсутствия у Москвы “скрытой повестки” по усилению ее влияния в Корее в ущерб другим игрокам. Разумеется, здесь необходимо наличие политической воли и ресурсного обеспечения, для чего требуется преодолеть ведомственную разобщенность и добиться координации усилий на политическом уровне.

• Участники многосторонних процессов должны стараться продвигать свои интересы не в лобовом столкновении (как было в прошлом), а путем поиска компромиссов. Это означает, что институциональное утверждение многостороннего механизма по безопасности и сотрудничеству в Северо-Восточной Азии в любом случае не противоречит интересам России. Такой механизм сыграл бы важную роль при переходе от соперничества, основанного на взаимном сдерживании, к системе “сотрудничество – соперничество” на основе баланса интересов, т. е. к “концерту держав”.