С учетом важности субъективного фактора в северокорейской политике (да и российской, хотя и в меньшей степени) для преодоления непонимания нужны смелые инициативные шаги с нашей стороны, в том числе на самом высоком уровне (вспомним, что в 2000 г. именно визит В. В. Путина в КНДР стал водоразделом в деле нормализации отношений с этой страной).

Вместе с тем северокорейцы делают демонстративные благожелательные жесты в отношении России, например, в ходе празднования в 2013 г. 60-летнего юбилея окончания корейской войны, где звучала тема “Корейско-российская дружба – из поколения в поколение”, а вдоль трибун провезли транспарант с изображением корейского солдата, китайского добровольца и летчика славянской внешности. Такой настрой надо использовать и делать ответные символические жесты, в том числе из арсенала средств “мягкой силы” – гастроли, кинофестивали, пересылка литературы и т. д.

России необходимо выдерживать линию на противодействие изоляции КНДР и решение проблем полуострова дипломатическим путем с ее участием. Предложения КНДР о том, чтобы обсуждать проблемы в составе “трех или четырех государств”, означают исключение России из участников процесса.

Россия не должна мириться с доминированием Китая в корейских делах, с тем, что Корейский полуостров становится заложником растущей конфронтации США и КНР.

Для России на Корейском полуострове, как и в других районах мира, на первом месте стоит соблюдение принципов международного права и дипломатического урегулирования проблем. Идея многостороннего диалога и политических гарантий принадлежит именно Москве. Именно Россия в 2002 г. предложила “пакетную сделку” (мир и безопасность КНДР в обмен на ядерное оружие). Ясно, что шестисторонний переговорный процесс остается узловым в нашем рецепте урегулирования на Корейском полуострове[340]. Однако реализация звучащей время от времени идеи обсуждать проблемы “впятером”, без представителей КНДР, при внешней привлекательности, на наш взгляд, отвратит Пхеньян от поиска развязок в таком формате и переведет его усилия в двусторонний формат (прежде всего с США), где места для России не будет.

С российской стороны вполне уместна разработка тематики многосторонней системы безопасности в Северо-Восточной Азии, тем более что мы возглавляем соответствующую рабочую группу в структуре шестистороннего процесса. Например, можно было бы озвучить концепцию новой системы поддержания мира на Корейском полуострове. Она могла бы базироваться на перекрестных договорах, заключенных между всеми участниками шестистороннего процесса, которые юридически закрепляли бы их права и обязанности в отношении остальных участников в части, касающейся ситуации на Корейском полуострове, и давали бы возможность контролировать выполнение обязательств другими участниками.