Роль Корейского полуострова в реализации политики “поворота на Восток”, т. е. завоевания Россией прочных позиций в динамично развивающемся Азиатско-Тихоокеанском регионе, на наш взгляд, еще недооценена. Для России ворота в АТР – Северо-Восточная Азия, а Корея – “ключ” к СВА. Однако еще с царских времен России всегда недоставало ресурсов, активности и изобретательности для того, чтобы полностью использовать свой потенциал в отношении Кореи. А ведь именно здесь Россия востребована: ее роль важна для двух корейских государств, каждое из которых хотело бы “перетянуть” ее на свою сторону. Не могут ее игнорировать (хотя подчас и пытаются) крупнейшие державы, вовлеченные в распутывание “корейского узла”, – США, Китай, Япония.

Каков же должен быть вектор нашей активности в Корее? Наша позиция вынужденно двойственная. С одной стороны, мы заинтересованы в сохранении режима нераспространения ОМУ, которому бросила вызов Северная Корея. Мы выиграли бы от большей открытости КНДР и экономического прогресса в этой стране, без чего немыслимо взаимовыгодное сотрудничество в регионе СВА. Вместе с тем Россия против попыток решать проблемы силовыми методами, давлением, вплоть до смены режима на севере Кореи. Нашим жизненным интересам отвечает стабильность на полуострове. Благополучию Дальнего Востока, развитию экономического сотрудничества в Азии, предотвращению обострения американо-китайских отношений, очевидно, способствует сохранение статус-кво.

Непростой опыт 1990-х гг. показал, что без нормальных отношений и постоянного контакта с Северной Кореей российская политика в Корее “провисает”, оказывается на обочине многостороннего урегулирования. И это неудивительно, ведь именно Пхеньян остается одним из решающих факторов в корейской ситуации. Во взаимодействии с Пхеньяном, как ни парадоксально это прозвучит, Россия, пожалуй, заинтересована не меньше, чем северокорейцы, которые и без нас достигают своих целей (как показал опыт последней четверти века). Получается, что именно от отношений России с КНДР и уровня ее отношений с Пхеньяном в конечном итоге зависят и прочность наших позиций на Корейском полуострове, и степень конструктивной вовлеченности в решение его проблем.

Однако это не должно восприниматься как попустительство Пхеньяну независимо от его поведения, в чем зачастую обвиняют его главного союзника – Китай. Кое-кто из оппонентов вменяет России в вину поощрение воинственного поведения Пхеньяна, в том числе якобы из-за ностальгии по советскому прошлому. Но Россия не одобряет ни внутренних порядков в КНДР (хотя не собирается по этому поводу “давать советы” в соответствии с исповедуемыми нами принципами невмешательства во внутренние дела), ни провокационного поведения Пхеньяна вовне. Подход России объективен и справедлив, исходит из необходимости защищать законные интересы всех субъектов международных отношений. Разумеется, речь не идет о поддержке Севера в его противостоянии Югу или “равноудаленное™” России от КНДР и РК (как это иной раз видится из Сеула). Отношения с обеими Кореями самоценны, и РК – наиболее перспективный экономический партнер России в Азии. Однако поле взаимодействия с нею объективно ограничено союзническими связями Сеула с Вашингтоном, проблем в отношениях с которым у Москвы предостаточно.