Каковы в связи с этим задачи российской дипломатии?

Надо противодействовать попыткам вбить клин между Россией и КНДР в целях дальнейшей изоляции последней. Следует задуматься над тем, стоит ли нам быть в первых рядах критиков ракетных испытаний, которые служат поводом для новых шагов по изоляции и давлению на КНДР, что не укрепляет безопасность на наших восточных границах. В конце концов, подобные испытания проводятся во многих странах, а для России они не представляют прямой угрозы. С осторожностью надо пользоваться и излюбленным в США и РК аргументом о том, что испытания – это “нарушение международных обязательств КНДР”. Они действительно запрещены несколькими резолюциями СБ ООН, фактически, как показывает история, не имеющими обязательной силы (вспомним десятки резолюций по Израилю и т. д.), тогда как международный документ первого уровня – Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела (1967 г.), – признает право всех государств на космические исследования и содержит лишь размытое определение о том, что эта деятельность осуществляется “в соответствии с международным правом, включая Устав Организации Объединенных Наций, в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества и взаимопонимания”. Совершенствование ракетного сдерживателя КНДР, может быть, и снижает возможности США по нажимным действиям на нее, но для региональной безопасности не менее опасны учения, прямая задача которых – захват территории КНДР и уничтожение руководства страны.

Не стоит уходить и от прямого обсуждения такого рода тем с политическим руководством КНДР.

После длительной паузы важное значение имели визиты в Пхеньян министра иностранных дел С. Лаврова в мае и председателя Совета Федерации РФ В. Матвиенко в сентябре 2018 г., их встречи с лидером страны Ким Чен-ыном. По итогам визита В. Матвиенко заявила: “Нельзя Северную Корею пытаться заставлять предпринимать какие-либо меры без встречных шагов. Так не получится: диалог – это улица с двусторонним движением. В случае если он будет выстроен, можно надеяться на достижение договоренностей о денуклеаризации, на то, чтобы “клуб ядерных государств” не расширялся, чтобы Корейский полуостров был свободен от оружия огромной разрушительной силы”[374].

Роль нашей страны в отношениях между Сеулом и Пхеньяном должна заключаться в поощрении тенденций к сотрудничеству и той и другой страны, а также в осуждении тех или иных провокаций каждой из них. Пусть с различным успехом, но Россия прилагает все старания к тому, чтобы уклониться от односторонней позиции, содействовать сближению обоих государств и развивать сотрудничество с обеими странами, в том числе в трехстороннем формате.