Наконец я срезала верхушку яйца и начала есть, вынимая ложкой желток и размазывая его на тосте.

– Зили, не спорь, – сказала я, включившись. Новый день начался.

Зили повернулась ко мне – ее возмущенный румянец (я уверена, он там был) прятался за свежим слоем пудры. Я не вставала на сторону отца – надеюсь, она это понимала. Я вставала на сторону мира в доме, а достичь его можно было лишь определенным способом. За годы, прошедшие со смерти Дафни, я стала послушной старшей дочерью, и иногда меня саму это удивляло.

– И почему Айрис позволено иметь машину? – Она обращалась к отцу, но, прищурившись, смотрела на меня. – Это нечестно.

– У тебя нет водительских прав, – ответил отец, и Зили повернулась к нему с едва сдерживаемой яростью.

– Потому что ты не разрешаешь мне брать уроки вождения!

– Да, ну что же, – сказал отец, взяв в руки чашку с кофе. – Может быть, этим летом.

– Мне так скучно, а вам обоим просто нравится меня изводить. – Зили, похоже, была в настроении поныть. Видимо, решив, что с него хватит, отец поставил чашку на стол чуть более резко, чем это было необходимо, и явно был намерен сменить тему. Он больше не был частью большой семьи – муж во главе стола, дочери по обе стороны, жена – напротив. Именно поэтому мы были нужны ему за ужином – чтобы не создавалось впечатления, что он одинок.

Отец поинтересовался, как идут дела с планированием меню, которое мы с миссис О’Коннор начали обсуждать несколько дней назад: за подобные приготовления теперь отвечала я. Роль старшей женщины семьи Чэпел я выполняла вот уже шесть лет, и это в некотором роде был рекорд – дольше на этом посту продержалась только Белинда.

– На первое – консоме, затем жареный стейк с грибами и сливочным соусом с хересом, пюре и обжаренная спаржа. И красное вино, – сказала я, и отец удовлетворенно кивнул.

К ужину ожидался мистер Кольт. Я ничего о нем не знала, кроме того, что предполагало его имя. Все эти фамилии часто звучали дома – Кольт, Ремингтон, Браунинг, Смит, Вессон; все они стояли в одном ряду с нашей. Я знала, что он собирается приехать из Хартфорда и встретиться с отцом на заводе, а потом будет ужин у нас дома с его участием. Мне казалось, этой информации достаточно. У меня и в мыслях не было, что мистер Кольт имеет какое-то значение – по крайней мере тогда. Смерть отступила от порога нашего дома много лет назад, словно темный отлив, ушедший обратно в море. Я уже привыкла жить без ее постоянной угрозы; я успокоилась. Мне было невдомек, что она вновь собирает неподалеку свои волны, чтобы вот-вот обрушить их на нас.