Что касается одного из старейших членов высшего советского руководства Анастаса Ивановича Микояна, то, несмотря на свои очень давние и дружеские отношения с H. С. Хрущевым, тот был вынужден под давлением других членов Президиума ЦК дать добро на создание временной комиссии Президиума ЦК по проверке работы Министерства внешней торговли СССР и Госкомитета по внешним экономическим связям СССР. Оба эти ведомства, которые в 1958 году возглавили H. С. Патоличев и С. А. Скачков, всегда считались «личной вотчиной» А. И. Микояна, поэтому их проверка уже вызвала массу вопросов. Однако H. С. Хрущев по каким-то личным соображениям (возможно, чтобы столкнуть А. И. Микояна с главой этой комиссии Н. Г. Игнатовым) решил устранить его традиционную монополию во внешнеэкономической сфере, и по итогам проверки этих ведомств «старый лис» был снят с должности главы Внешнеэкономической комиссии Президиума Совета Министров СССР и новым ее руководителем был назначен первый зампредседателя Госплана СССР Михаил Авксентьевич Лесечко. А. И. Микоян настолько был возмущен подобным решением старого «друга», что даже серьезно подумывал о своей отставке с поста члена Президиума ЦК. Однако затем передумал и как первый заместитель главы союзного правительства все же сохранил «наблюдение за вопросами внешней торговли и экономических связей с иностранными государствами» и кураторство всех соответствующих ведомств.

Тем временем в декабре 1959 года на очередном Пленуме ЦК разгромной критике со стороны H. С. Хрущева подвергся член Президиума ЦК Первый секретарь ЦК Компартии Казахстана Николай Ильич Беляев, который был обвинен в «попытке уйти от личной ответственности за невыполнение плана хлебозаготовок». Правда, подвергнув резкой критике главу республиканской парторганизации и пригрозив ему оргвыводами, H. С. Хрущев пока не стал его снимать. Но уже в январе 1960 года Н. И. Беляев все-таки попал в опалу, и не только за провал хлебозаготовок, но также за прошлогодние кровавые события в Темиртау на строительстве Карагандинского металлургического комбината и его неспособность наладить нормальные рабочие отношения с местной партийно-хозяйственной номенклатурой. Будучи вспыльчивым и грубоватым человеком, он частенько устраивал разносы своим подчиненным и иногда даже терял контроль над собой. Как установил тот же А. В. Сушков[644], судя по документам, организаторами смещения Н. И. Беляева стали два человека — Д. А. Кунаев и Л. И. Брежнев, — между которыми уже давно, еще со времен их совместной работы в Казахстане, сложились дружеские отношения. Именно они инициировали все выступления членов Бюро ЦК КП Казахстана против Н. И. Беляева сначала на заседании Секретариата ЦК, на котором как раз председательствовал Л. И. Брежнев, а затем и на заседании Президиума ЦК. В результате H. С. Хрущев, у которого и так накопилось немало претензий к Н. И. Беляеву, поддержал решение о его отставке. Его отправили в «ссылку» на должность первого секретаря Ставропольского крайкома партии, на которой он пробыл всего лишь полгода, до конца июня 1960 года, а затем тихо ушел на пенсию. Очередным Первым секретарем ЦК Компартии Казахстана стал глава республиканского правительства Динмухамед Ахмедович Кунаев, чью кандидатуру очень активно пробивал Л. И. Брежнев, а на пост второго секретаря был избран Первый секретарь Ленинградского горкома Николай Николаевич Родионов. Кстати, за последние шесть лет это была уже пятая смена власти в Казахстане, но далеко не последняя. Забегая вперед, скажем, что уже в конце декабря 1962 года H. С. Хрущеву вновь «попала вожжа под хвост» и он инициировал очередную рокировку в высшем руководстве республики. Д. А. Кунаев вторично пересел в кресло главы Совета Министров Казахской ССР, а Первым секретарем ЦК КП Казахстана стал руководитель Южно-Казахстанского обкома Исмаил Юсупович Юсупов. Второй секретарь ЦК H. Н. Родионов тоже был снят с занимаемого поста и отправлен обратно в Ленинград зампредом укрупненного Северо-Западного СНХ, а его место занял Первый секретарь Карагандинского обкома Михаил Сергеевич Соломенцев.