В созданном в 1924 г. Комитете Севера высказывалась подобная точка зрения – северные моря были наиболее доступными и дешевыми путями к отдаленному Северу (Леонов, 1928: 98). Член Комитета В. Д. Виленский-Сибиряков указывал, что с расширением СМП начнет постепенно развиваться и хозяйство Севера Западной Сибири (Виленский-Сибиряков, 1926: 9, 11). По мнению другого известного члена Комитета С. А. Бутурлина, водный транспорт удовлетворял весь северный грузооборот (Бутурлин, 1926: 26–27). Согласно биогеографу Б. М. Житкову, также являвшемуся членом Комитета, развитие речного транспорта связывалось в том числе с постройкой культбаз для местного населения, что позволяло «небольшим судам с двигателями» проникать в глухие притоки больших рек и таким образом служило «постепенному оживлению и экономическому подъему обширного края» (Житков, 1929: 102–103). Регулирование морских и речных путей сообщения могло осуществляться совместно с торгово-заготовительной работой, содействовать заселению прилегающих районов и побуждать к формированию хозяйственной и промышленной жизни (Фомин, 1925: 142). Для этого Комитет Севера предлагал Карским экспедициям при заходах в устья рек Оби и Енисея завозить попутно необходимое снабжение для местного населения (ружья, огнестрельные припасы, рыболовные снасти, химические продукты и соль) (там же: 147, 156).

Таким образом, для североведов вопрос освоения Севера означал в первую очередь рационализацию и механизацию традиционного хозяйства коренного населения. Специалисты предупреждали, что рассчитывать на это можно было только в полосе, непосредственно примыкающей к побережью, и по Оби и Енисею, так как именно здесь велась торгово-промышленная деятельность (Авчинников, 1925: 262). Члены Комитета Севера надеялись, что СМП сможет стать транспортной артерией для экспорта товаров местного хозяйства. Так, этнограф Л. И. Доброва-Ядринцева досадовала, что коренное население не было привлечено к рыбному промыслу экспортного значения в низовьях Енисея (Доброва-Ядринцева, 1930: 92); известный зоолог С. В. Керцелли предлагал сделать оленье мясо экспортным товаром СМП (Керцелли, 1929: 131); тобольский северовед П. И. Сосунов обосновывал рентабельность производства консервированной рыбной продукции из Тазовского района на экспорт через Новый Порт (Сосунов, 1931: 63–64). Тем не менее это были единичные предложения: как правило, членов Комитета Севера больше интересовало переустройство традиционного хозяйства на социалистических началах. Только к началу 1930‐х гг. некоторые члены Комитета Севера стали признавать за водным, речным и морским, транспортом решающее значение для национального строительства, снабжения и развития промышленности (Резолюция… 1931: 152).