развитие Северного морского пути должно вызвать повышенный и более реальный, чем до сего времени, интерес к туземному населению Крайнего Севера и его промыслам
важным фактором развития сибирского хозяйства и привлечения в Сибирь колонизационного движения
развития промыслового (в частности рыбно-промыслового) и оленеводческого хозяйства, а этим, видимо, определится и путь использования местных трудовых ресурсов, поскольку в данных отраслях туземное население представляет квалифицированную рабсилу
создание материальных предпосылок для культурного поднятия туземного населения и защита его от всякого рода скупщиков
Одновременно члены Комсеверпути заявляли, что внимание к северным территориям определялось не только «филантропическими побуждениями и чувством нравственной обязанности государства пред обездоленными инородцами». Суть была в «коммерческом расчете» укрепления «людского населения и оленьих запасов, без которых, как без фундаментов, невозможно строить проекты экономического развития наших окраин» (Рыбин, 1924: 50–51). Так, первый председатель еще колчаковского Комсеверпути, а теперь его член и географ В. Л. Попов рассматривал низовья великих рек как надежду на экспорт местных продуктов хозяйства. СМП позволял развивать оленеводство, консервное производство, рыбный, морской и пушной промысел в мировом масштабе (Попов, 1926: 40–41; Попов, 1927: 29). Но в реальности продукты северного хозяйства были исключены из списка товаров, экспортируемых через арктическую навигацию. В структуре экспорта Карских экспедиций 1921–1926 гг. пушнина составляла всего 0,1%, и вывозилась только один раз в 1922 г., причем ее доля в грузообороте не превышала 0,8% (Сведения… 2011: 181). В принципе в Комсеверпути понимали, что использование СМП для экспорта пушнины вряд ли могло принять широкий размах, так как она являлась транспортабельным товаром и не боялась железнодорожных перевозок. Тем не менее некоторые видные участники Карских экспедиций рассматривали пушнину в качестве главного и наиболее рентабельного экспортного сырья Севера (Ноткин, 1925а: 43; Рыбин, 1924: 50).
филантропическими побуждениями и чувством нравственной обязанности государства пред обездоленными инородцами
людского населения и оленьих запасов, без которых, как без фундаментов, невозможно строить проекты экономического развития наших окраин
После первой лесоэкспортной Карской экспедиции 1924 г. и XIV съезда ВКП(б), прошедшего в декабре 1925 г., на котором был выбран курс на социалистическую индустриализацию, казалось, что идеологически мотивированный отказ от иностранных концессий в освоении СМП можно было подкрепить идеей подъема северного хозяйства коренного населения. Как указывал А. И. Ноткин, в условиях «примитивности» экономических отношений и удаленности центра была очень велика «опасность опутывания туземного населения частнокапиталистическими отношениями в самых гнусных формах». Идеальной альтернативой иностранным «скупщикам» он считал создание акционерного общества из государственных и кооперативных организаций (Ноткин, 1925б: 72).