Светлый фон
Инф. 2: Даже вот если по нашему комплексу, да, который в [городе] у нас там как бы…

Инт.: Да, да, мы видели, очень красивый у вас там.

Инт.: Да, да, мы видели, очень красивый у вас там.

Инф. 2: Вроде красиво все, да, но техника какая-то смешная, вот эти „Бураны“ четырехтактные.

Инф. 2: Вроде красиво все, да, но техника какая-то смешная, вот эти „Бураны“ четырехтактные.

Инт.: Мы видели. Вот здесь, да, такие же?

Инт.: Мы видели. Вот здесь, да, такие же?

Инф. 2: Да. Не знаю, вот местный народ ходит, смеется как бы. Ну мы сами охотники и рыбаки тоже, там с [города] вот. Ну это не техника, это ерунда» (ПМ, Суша-1).

Инф. 2: Да. Не знаю, вот местный народ ходит, смеется как бы. Ну мы сами охотники и рыбаки тоже, там с [города] вот. Ну это не техника, это ерунда»

Или:

«Зона ответственности МЧС в территориальном море. Вот меня как бы вопрос, он в тупик ставит. У нас нет морских судов. У МЧС» (ПМ, Суша-5).

«Зона ответственности МЧС в территориальном море. Вот меня как бы вопрос, он в тупик ставит. У нас нет морских судов. У МЧС»

Наличие/отсутствие «средств» для морского спасения, т. е. рабочих судов, – это главное объяснение сотрудниками МЧС распределения ответственности как между МЧС и МСКЦ, так и внутри МЧС. Так, в одном из отделений, показывая мне карту зон ответственности, в ответ на мое удивление тем, что в их зону ответственности входит часть территории другого субъекта федерации, где есть собственное подразделение МЧС, сотрудник заметил: «территорию нам определили чисто из‐за того, что у нас есть суда» (ПМ: Суша–4).

«территорию нам определили чисто из‐за того, что у нас есть суда»

Техноцентризм – характерная черта профессионального дискурса МЧС, проявляющаяся не только в интервью, но и, например, в мемуарах сотрудников (МЧС глазами сотрудников, 2005; МЧС глазами сотрудников, 2007а, 2007б). Демонстрация разнообразия и инновационности технических средств «на вооружении» – также важная часть публичной репрезентации МЧ341С. Техноцентризм пронизывает культуру спасателей и за рамками МЧС. Так, в одном из городов сотрудник городского управления, ответственного за материально-техническое обеспечение спасения, и его приятель-предприниматель в связи с тематикой проекта, касающейся исследования Севморпути, приняли меня за потенциально влиятельное лицо и убеждали помочь им выйти на нужных людей, которые согласились бы инвестировать в широкое внедрение инновационной технологической разработки – «установки», которая способна и пожары тушить, и справляться с обледенением корпуса судна, и обеспечивать водой и теплом населенные пункты, где, например, произошла авария на котельной. («Установка» была разработана в одном из НИИ при МЧС; отдельные ее экземпляры уже использовались в разных городах. Мои собеседники выступали за ее более широкое распространение.) Спасение в их техноутопическом рассказе сводилось к работе «установки», которая выглядела как магическое средство для решения бесконечного ряда спасательских задач, а люди – ответственные за внедрение чиновники, с их «менталитетом восьмидесятых годов» (ПМ, Суша-11), и сторонние неверующие вроде меня, – выступали препятствием для распространения «установки» по миру.